— Конечно, — ответила я, и, обернувшись, посмотрела на пустой, мокрый сад. — Айви? Я много сегодня наговорила, но знай, я всегда буду рядом, если понадобится снова собирать тебя по кусочкам. Если конечно дойдет до этого.

Она вошла в кухню, слабо улыбаясь.

— Я знаю. Спасибо.

Опустив голову, Айви отвернулась, зазвенев ключами от Нининой машины. Медленно шагая по коридору, она прошла к передней части церкви. Глухой стук захлопнувшейся двери прокатился по моему телу.

Обхватив себя руками, я улыбнулась, хотя к глазам подкатили слезы. Все хорошо. Все очень хорошо. Должно быть хорошо, раз мне так больно.

Глава 19

— Мисс Морган! Почему на вашей церкви собрались все горгульи города? — спросила репортерша, стоящая на крыльце возле моей входной двери, пока я, улыбаясь и махая оператору, впускала внутрь последних пикси, прежде чем захлопнуть дверь у нее перед носом. — Вот же стерва! — добавила журналистка, пока я запирала замок. Она видимо не знала, что голоса с улицы настолько хорошо слышны сквозь стены церкви, что нам даже не нужен интерком.

«Хотя глазок нам не помешает», — подумала я, прижавшись ухом к двери, и слушая, как репортеры собирают оборудование и направляются обратно к фургону. Оператор предложил проехать вниз по улице, чтобы снять наше кладбище и рассевшихся на надгробиях горгулий, но репортерша была не в духе, и ей не было дело до эффектных кадров. Я не хотела говорить с репортерами даже не потому, что они привирали, передергивали и раздували из мухи слона касательно любого события в моей жизни, а потому что, по правде говоря, мне было наплевать, какие выводы сделают местные каналы, после того как все горгульи города обосновались на стенах моей церкви и близлежащем кладбище.

Вздохнув, я направилась обратно в кухню, чувствуя, как пикси копошатся у меня в волосах, и жалея, что не сняла фартук, прежде чем открыть дверь. Я вымоталась, готовя зелья, и вся была измазана травами и землей. Пыльца пикси покрывала всю меня, а красное пятно на рукаве от экологически чистых ягод смотрелось просто ужасающе. Ну хотя бы я не открыла дверь босиком.

Шлепая ботинками, я шла в кухню в сопровождении пикси, которые шумным и веселым ворохом летели впереди. Хотя ночь была теплой, они все были одеты в черное, чтобы избежать общения с горгульями. Я готовила чары уже несколько часов, и прежде чем приготовить что-то новое, придется основательно прибраться на кухне.

Пока я наполняла водой измазанные зельями котелки, в комнату влетел Дженкс, принеся запах сада и звуча как колокольчики на ветру. Разрушив прекрасный образ, пикси плюхнулся на центральную стойку возле высыхающих бутыльков с зельями. Вместо привычного зеленого садового костюма или обтягивающего наряда для кражи, сейчас он был одет в новые черные штаны и куртку. Дженкс прошелся по стойке, явно наслаждаясь перезвоном колокольчиком, которые Бель пришила ему на новые ботинки.

Серебристая ткань на ботинках смешивалось с черными вставками, создавая резкий узор, который нигде не повторялся, и кажется, они даже меняли цвет в зависимости от освещения. Такой узор привлечет внимание любого, даже не выгляди в них Дженкс на миллион баксов.

— Тебе точно не надо еще тиса? — спросил Дженкс, забравшись на кран. — Меня не волнует обилие горгулий возле церкви.

Улыбнувшись, я залила котелки наконец согревшийся водой.

— Нет. Лучше подождать. На рассвете пятницы наступит равноденствие.

Дженкс кивнул, звеня колокольчиками, и в комнату вошла Рекс с Бель на спине.

— Дже-е-енкс-с-с-с, — прошипела фея, и на угловатом личике отразилось раздражение. — Я же сказала тебе снять эти вещи. Они не подходят для сражения.

— Они черные, вот я их и надел, — ответил он, быстро замахав крыльями. — Мне все равно больше нечего надеть.

Дженкс слегка преувеличил, и я, скрыв улыбку, составила в раковину мерные цилиндры и ступки, опустив их в наполненные мыльной водой котелки. Отжав намоченную в соленой воде тряпку, я начала протирать стол, на котором готовила зелья, подумав, что впустую трачу время, раз весь выводок Дженкса находится в церкви и нещадно посыпает пыльцой все вокруг.

— Фалды на куртке с-с-слишком длинные. Если враг сумеет ухватить тебя за них, то он получит преимущес-с-ство, — сказала Бель. — Пуговицы слишком крупные. Они блестят на свету. И колокольчики легко выдадут твое приближ-ж-жение.

Я кивнула, соглашаясь с ее словами, и Дженкс нахмурился.

— Я могу приглушить звон колокольчиков, — ответил он, одергивая пальто. — Мне нравится эта одежда, фейри! Я ведь одел ее!

— Твое тщеславие сведет тебя в могилу, — прошипела она, и Дженкс упер руки в бока.

— Да ну?

Сердито уставившись на него, Бель направила Рекс к двери, но рыжая пушистая кошка вместо этого замурлыкав, подошла ко мне, и начал тереться об ноги, требуя внимания. Бель соскользнула с ее спины, одернула платье и поправила лук, закрепленный на спине.

Дженкс перелетел на центральную стойку, чтобы Бель, стоящая на полу, не видела его.

— Ты уверена, что все это сработает? — спросил он, глядя на выставленные в ряд бутыльки и амулеты с чарами.