Читаем Безупречный враг полностью

Сирин прикрыла глаза, вслушиваясь в шепот близкой воды. Попросила карту, рисуя на столе пятнышки островов и линию берега. Мииро довольно быстро понял и добыл нужное. Элиис долго рассматривала красивое пустое море с узорчиками смешных осьминогов и игрушечных морских коньков. От удивления девушка даже провела по нарисованной воде руками. Ну и карта… Нет на блекло-синей глади бумажного моря ни единого острова родного Древа! Только обширное белое пятно, слепое, украшенное завитушками и здоровенным чудовищем, улыбающимся во все зубы и ехидно кажущим раздвоенный язык… Поверх завитушек плетется длинная непонятная надпись… Мииро догадался, в чем сложность. Уверенно очертил пальцем область, где теперь, по его предположениям, располагается корабль. Торопливо, рыча и глотая гласные, стал пояснять, повторяя сказанное жестами, иногда внятными, а порой и нет: буря ударила внезапно и едва ли унесла далеко. В полдень он сможет точно определить свое место. А пока — лишь так…

Элиис улыбнулась. Ей и так годится. Карта нужна, чтобы добиться понимания. Предположим, тут корабль, — тонкий пальчик накрыл кусочек синей нарисованной воды. Север там, знак ей показывал Юго. Едва начертила — и капитан ткнул в такой же у края карты. Значит… Волны за бортом плеснули, вздохнули — и отозвались. Сирин уверенно провела «корабль» от первой точки до второй. Пытливо глянула на капитана: понял ли.

— Остров, — пояснила Элиис. — Здесь, близко. Полдня на веслах при хороших гребцах. Весла, понимаешь? Грести так. Рассвет — середина дня. Понимаешь?

— Нет гребцов, — отозвался капитан, ловко повторяя движение веслом. — Ветер и паруса. Ф-ф-ф, ветер.

— Неудобно, — отметила Элиис, рассматривая парус, наспех сделанный капитаном из куска ткани. Неодобрительно покачала головой: — Ненадежно.

— Просто иначе, — заступился за свой корабль Мирош. — Кушай… Ешь? Ох, ну и морока со словами. Все хорошо, я понял, куда надо двигаться. Направление ты указала точно. Отдохни, это твоя каюта. Эльза, я прошу. — Он смешно свел ладони домиком и сплел пальцы. — Прошу. Ты будь здесь, отдыхать, гостить… ну как же объяснить-то? Ты побудешь у нас, правда? Хоть недолго!

— Мииро, — виновато улыбнулась Элиис, — я сбежала оттуда, где жила прежде. Совсем сбежала. Мне очень нужна каюта, спасибо.

— Каюта нужна. Прекрасно, — зарычал капитан, воодушевляясь. — Я бы подарил тебе весь корабль, но не этот, а иной, новый. Только оставайся насовсем.

Он осторожно накрыл ладонью тонкие смуглые пальцы. Улыбнулся, и серо-зеленый океан севера в его взоре озарился солнечным теплом. Понимать слова стало сразу проще. Будто в них шуршало родное море…

— Ты море, я капитан. Каждый капитан влюблен в море. Но только я знаю, как оно прекрасно на самом деле. Могу взглянуть в его глаза. Эльза, тебя никто и никогда не обидит, я обещаю. Оставайся у нас. Мы подлатаем борт, поставим запасную мачту и пойдем на север. Там дворцы и города, высокий лес, большие луга. Красиво, тебе понравится. И ты станешь жить в своем новом доме. В стране, именуемой Дэлькост.

— Свободно жить? — забеспокоилась Элиис, почти ничего не понимая из потока слов капитана, мешающего наречия и бурно дополняющего речь жестами.

— Конечно. Свободно.

Он сказал эти два слова коротко и веско. И ни одна струна в душе сирина не усомнилась: обещание правдиво! Радость выплеснулась тихим смехом. Элиис кивнула, подтверждая, что она остается! Капитан прорычал на своем северном наречии нечто торжествующе-одобрительное. Встал, поклонился и вышел.

За маленьким круглым оконцем розовел молодой день. Элиис отстегнула от пояса сандалии и бросила в уголок. Спрыгнула на пол, радуясь обретению дома. Наилучшего! Способного плыть по волнам, то есть всегда оставаться в ладонях океана. Значит, самого безопасного для сирина жилья на всем свете. К тому же просторного и удобного. Роскошного! Девушка бережно ощупала шторки, покрывала, подушки, салфетки. Все — незнакомое, даже не понять, из какого растения сотканы нити… Пол тоже занятный, из гладкой древесины чужого прихотливого вида. Ковер и вовсе чудо. Узоры на стенах, витые ножки подсвечников, рамы картин — все непривычно. И, само собой, интересно!

Элиис зевнула. Села в кресло, которое уже признала своим, и стала неторопливо снизывать с пальцев перстни. Снова рассмеялась. Думал ли араави востока, что подбирает платье и украшения сирину острова Гоотро не для смотрин, а для побега? Спасибо ему! Хоть не стыдно было появиться здесь, на прекрасном чужом корабле. Сразу видно: не нищенка. И даже перстни из золота.

В дверь каюты тихо стукнули. Элиис отозвалась:

— Да.

Не вошли, чуть выждали и снова постучали. Не понимают?