Читаем Безупречный враг полностью

— Морская тварь понятия не имеет о времени! — в сотый раз пожаловался газур, недавно установивший на башне своего дворца часы с боем и весьма гордый таким новшеством. — Недоросль!

— Давай так ему и скажем, когда дождемся, — с надеждой предложил Роул. — Поводов и правда много.

Яоол сердито фыркнул, сел рядом с правителем Дэлькоста, коронованным всего полгода назад, и кивнул.

Поводов было очень много!

Начать следовало с любимой сестры, которая месяц назад, не сказав никому ни слова, приняла предложение, произнесла слова отречения от берега и отрастила хвост! Почему все перечисленное она сделала тайком — понятно… Да кто бы ей позволил! А теперь разрешать и запрещать поздно, уже нырнула. И в безобразной истории наверняка есть хоть малая толика участия наикапризнейшей первой хранительницы гротов — Риоми.

Не лучше обстоят дела и с обнаглевшим кракеном. Он уверовал в то, что дракон насытился, и подло ушел в глубину! Кто теперь должен расхлебывать помои столицы? Хоть бы предупредил!

А еще жемчуг. Газур застонал и стукнул кулаком по камню. Сколько раз бестолковым русалкам объясняли: нельзя каждому встречному и поперечному дарить что попросят. Жемчуг имеет цену, и немалую! Подводные наглецы усмехаются в ответ и спрашивают про дорожки во дворце газура, усыпанные как раз бесценным жемчугом… Это же оскорбление! Но ладно бы только говорили, так русалки еще и делают: две седмицы назад, ночью, тайком, они усыпали дорожки у домика несчастного Пэи ровными розовыми горошинами по двадцать золотых граонов каждая, причем это внутренняя цена самых наглых островных перекупщиков…

Роул смотрел на отчаяние газура с полным пониманием. Будто ему легче!

В одном из портов Нагрока обидели дельфина, и теперь возле берега нет ни единой рыбки. Причем на расстоянии, равном трем дням конного пути от злосчастной бухты. Посол князя сейчас в Тавре, бороду рвет и разве что на коленях не стоит: умоляет спасти побережье от голода и неубедительно угрожает войной.

Предприимчивые дураки из рода Тэль-Роз, которые успокоиться, видимо, не способны, решили поймать русалку. Зачем — не говорят, но и без того ясно: опять мечтали о короне и нуждались в деньгах. Ловили русалку на разноцветные стеклянные бусы, перепутав хвостатую женщину с дикарем. Что забавного и обидного в данном промысле нашли подданные морииля, неизвестно, но «рыбаки», прежде чем их обнаружили, пять дней остервенело гребли к берегу, расположенному в полуверсте от места «ловли», и за все время не сдвинулись с места. Смешно… только они до сих пор там, их кормят, перебрасывая еду с расстояния в три десятка локтей. Ближе подойти не удается, волна стоит на месте, ни туда не пускает, ни оттуда не выпускает.

А еще не дают спокойно жить забавы бессовестной Риоми, названой сестры, которую никто не думает воспитывать и уговаривать остепениться, стать взрослее и осознать обязанности и ответственность морской правительницы! Три седмицы назад Риоми обогнала самый быстрый корабль Дэлькоста — «Ласточку» верхом на обожаемом Нигоше. Конь был доволен, русалка тоже. А капитан до сих пор пьет вино и рычит от злости, утверждая, что в такое море он больше не пойдет. Потому что если трезвый человек видит на волнах лошадь — что-то в мире крепко неправильно. А уж когда эта самая лошадь галопом обходит его корабль при попутном ветре… Ладно если бы капитан только пил — он подал иск русалкам! С кого теперь взыскивать и каким образом?

Волны плеснули о берег звонко и весело. Король и газур резко обернулись. В общем-то они знали, что пройдет лет десять и проблемы улягутся. Девять веков разобщенности требуют времени на взаимное привыкание. Можно убедить русалок не дарить слишком много, не устраивать избыточных демонстраций своих возможностей и не наказывать всех людей за глупость одного из них. Старейшина Нолл помогает, и постепенно все получится.

Но как простить наглецу — такое? Они терпят советников, принимают послов, отдают свою жизнь во благо государств, изнывают под натиском этикета… А в это самое время кое-кто имеет равное с ними право зваться «братом» правителей и живет в свое удовольствие!

У кромки бухты поместилась только ноздря Риильшо, на берег выполз его толстый, как бамбуковый ствол, золотой ус. Морииль сбежал по этому мостику с загривка и кивнул ожидающим:

— Быстрее не получилось, мы были далеко, такой красивый шторм!

Роул усмехнулся и кивнул. За последние годы глаза Крида все больше меняются от серого к привычному для русалок густо-синему. Говорят, море слушается его, как сирина. И, можно не сомневаться, в «красивом» шторме ни один корабль не погиб, морииль приглядывает за волнами, когда рядом.

Газур нахохлился и упомянул про неприятности с жемчугом Пэи и подарками вообще. Крид погрустнел, сел рядом и стал слушать. Яоол пожаловался на сестру, выговорился и чуть успокоился. Роул в свою очередь рассказал о бедах севера, тоже излил душу и затих.

Коварный морииль дожидался этого момента.

— То есть вы звали меня по делу, а не драться и кататься на драконе вод? — обиженно уточнил он.