Альбер слушал малопонятные препирательства молча. И так же молча он принял и прочел договор о мире, договор о передаче двух островов близ Дильша под резиденцию постоянного посольства, изучил торговое соглашение. Не испытывая сожаления, подписал все бумаги и дождался наконец-то возможности покинуть зал, чтобы ближе подойти к бывшей Амели и в первый раз заговорить с сыном… Гоо оставалась рядом и встревоженно следила за бледным лицом короля, за дергающимся уголком рта, трогала руку и проверяла пульс. Именно она неожиданно строго потребовала тихую комнату для отдыха Альбера и запретила его волновать любыми новостями.

К вечеру королю Дэлькоста стало легче, и его пригласили на праздник. Теперь на набережной что ни седмица — находят повод для радости. Сконфуженных «завоевателей» со всех кораблей доставили на берег и наспех расселили в крепости и в городе. И снова пели Онэи и Тилл, а потом танцевали девушки. И король, чьи старые слабые глаза не любили сумерек, путался, переставая различать оримэо и русалок. Он лежал на подушках в удобных открытых носилках и улыбался. Рядом стучал коротким хвостом Тэр, радуясь крайне редкому для хозяина хорошему настроению. Король наблюдал из-под складок век за сыном и молча гордился мальчиком. Все же по-своему бывшая жена осталась верна Дэлькосту — вырастила достойного наследника. Не напоила его злобой к прошлому, не очернила северный берег и не заразила юношу идеей мести. Выбрала не худшее имя, создала будущему королю репутацию, привила манеры и ввела в высокий круг знакомств… Роула уважают, и здешний газур ему охотно кивает, как равному, хотя малыш пока и не коронован. Удачно, что русалки тоже благосклонны к сыну Амели. Да и брак с Диной Тэль-Мар — разумная идея, достойная наследника. У принца уже получается вести подобные дела, следовательно — выживет во дворце. Тэль-Дарги ему благоволят, Гравры тоже признают, Тэль-Мары — само собой, «за», да и Тэль-Ниды с Тэль-Локтами… Все удачно. Альбер привычно погладил загривок пса, разделяя с ним радость. Теперь можно передать власть — есть кому — и удалиться на покой. После улаживания отношений с Натэллой и полного признания наследного титула за двумя юношами, за которых просила княгиня, Альберу не откажут в его намерении посетить Даргмир и надолго там задержаться… Если и есть люди, которым король хоть немного верит, то это старый князь Михль и его энергичная жена. И, конечно, псари, вырастившие Тэра…

Но подобные планы исполнятся попозже. Пока и тут есть дела.

Надо убедить владыку уступить старому и беззащитному Альберу хранителя, способного унимать боль. Если не этого, очень толкового, то иного, не хуже. Далее: следует выторговать лекарку Гоо в постоянные сопровождающие. Стоит помириться с Граврами по-настоящему. Больше они не опасны, да и нет нужды играть в дворцовые игры, имея наследника, вовсе не позорно признать: я стар, устал, потерял хватку. Альбер наблюдал за чужим праздником и почти готов был счесть его и своим тоже… Нет прежней злости, и радости от падения противников давно уже нет. Оказывается, куда приятнее замечать, как сын ухаживает за очаровательной Диной, думать о внуках. Если поженить детей прямо теперь, к лету можно надеяться на благоприятные известия. А жемчуг русалки принесут сами, воевать с ними глупо и опасно. Крид простодушен до наивности, он верит в дружбу и обожает нового наследника. Они будет усердно задаривать и Роула, и Денизу. Вот и пусть старается! В любом случае морииль происходит из Гравров, не чужак, всё к благу Дэлькоста.

Удачный поход. Король прикрыл глаза и снова улыбнулся. Может быть, лучший его поход за всю жизнь.

Эпилог

Три года спустя острова лежали под солнышком летнего полудня, великолепные и спокойные. На окраинных стало больше портов, в них стояли корабли самых разных земель. Купцы азартно торговались на рынках, едва размеченных к застройке. Рыбаки оримэо поминутно со слезами восторга поминали доброту правителя, сократившего аппетит казны с четверти дохода до десятины. Северная знать Дэлькоста и Лозильо высматривала места на скалах с лучшими видами — для особняков — и обдумывала планы кровного родства с местными таорами, что было весьма перспективно с точки зрения доступа к жемчугу и портам юга. Храм богател и отстраивался, интересуясь возможностью распространения славы богини Сиирэл на побережье Дэлькоста и его соседей.

Все выглядело удивительно хорошо, особенно если скользить взглядом по поверхности событий и не углубляться в их суть.

Газур смотрел на ленивое великолепие полуденного мира с холодным бешенством. Он вымерил шагами уже весь белый пляж малого острова, прильнувшего случайной песчинкой к корням Древа. Крошечный клок суши, сорок шагов вдоль и шестьдесят три от воды до скал. Роул сидел на плоском теплом камне у воды и с любопытством наблюдал, как гневается его «брат». Ведь все правители — братья, им льстит это нелепое родство. Мол, иных равных в мире нет…