Читаем Безупречный враг полностью

— Не знаю, — серьезно задумалась сирин, с подозрением изучая скудный наряд Тилл. — Сперва надо поговорить с одним моим папой, потом со вторым, далее — с Юго и еще с адмиралом, я его тоже люблю… С мамой Элиис, мамой Лидией, мамой Авэи… Наглец!

— Я же в ушко. — Крид неубедительно изобразил смущение.

— Ладно, — чуть мягче продолжила Риоми. — Через месяц-другой. А то всякие крушительницы… Слушай, а мне можно пристроить хвост? И сеточку. Симпатично смотрится.

Веревки кончились, под ногами захрустела галька.

Тилл обернулась, махнула рукой и нырнула, мелькнув хвостом. После требований Риоми сеточка уже не вызывала у Крида радости. Чтобы его очаровательная жена в таком вот виде… например, на рейде Дильша? Русалка выплеснулась из воды рядом, с размаху села на камень, забравшись с ногами, охнула и рассмеялась, гладя ушибленное колено.

— Счастийе, что выи любитье невесту, отец коворил, яа толшна штать морииля то пятитесяти лет, втруг он меня исперёт? Это тяшело. И мой Шотти тоше огорчен.

— Вот порядки — «изберет»! — еще сильнее возмутилась Риоми. — Завтра поженимся, не люблю тянуть с решениями. Какой-то еще подводный отец, у меня и так четыре штуки на поверхности! До пятидесяти ждать. Ужас!

— Трутно, — вздохнула Тилл. — Есщо пять лет.

— Я бы хотела так сохраниться, — завистливо вздохнула Риоми.

— Сиринии шивут в Океании толго, — успокоила Тилл. — Папе сто тесять. Исчо бутет шить лет пятьтесят ботро. Таше ротители на суше шивут толыпе, если их точь — сиринии из воты.

— Где мой хвостик? — восторженно взвизгнула Риоми. — Крид, лечим Пэи — и на дно! Папа поймет. Наши молодые мамы будут тем более рады, все до единой.

— Лечить? — забеспокоилась Тилл. — Морииль полен?

Крид торопливо согнал с волос воду, встряхнув головой: здоров! И указал на Пэи. Пояснил:

— Этот человек уничтожил жезл и пострадал.

Тилл разволновалась, окликнула стражей, задержавшихся поболтать у лодки. Крид по ее просьбе отнес и погрузил в воду безвольное тело Пэи, потерявшего сознание после спуска. Русалка напела нечто звучное и ласковое, морщинки боли разгладились на усталом лице. Стражи подхватили Пэи под руки и утянули вниз. Риоми возмущенно охнула и сразу узнала: там удобнее лечить, больному под водой ничто не угрожает. Утонуть по-настоящему под присмотром пяти жителей глубин невозможно, Пэи погружен в целительный сон, не требующий дыхания. Так можно оставаться под водой несколько часов. Тилл договорила и последней скрылась в глубине.

Араави подошел, уселся на мокрый камень. Выслушал сбивчивые возмущенные пояснения дочери, устало улыбаясь.

И правда все наизнанку! Даже среди жителей Древа рассказывают легенды, в которых морские люди воруют и топят детей и взрослых. С кораблями поступают непорядочно. Оказывается, очередной обман, злая клевета. Не виновата ведь хорошенькая русалка в том, что ее так хотели рассмотреть. И Пэи хвостатая лекарка украла с возвратом, по просьбе своего морииля.

Араави покачал головой и глянул внимательнее на ожерелье, только что победно застегнутое гордой Риоми.

— Отдай Криду, — неожиданно строго распорядился араави. — Немедленно. И больше не делай так… — Араави вздохнул и задумчиво пояснил: — Морииль — тоже легенда, очень старая и совершенно недостоверная. Я вычитал ее в одной из книг, под обложками которых скрывались пророчества о последнем сирине.

— Каких книг, папа?

— Ах, да, я никому из вас не рассказал толком о той находке, просто не успел… Но, как уже понятно, Крид и без знания пророчеств неплохо справился с разрушением всего, что опасно для прочих…

Араави вздохнул и продолжил припоминать важное. Принц пожал плечами — его Сказку надо было спасать и без всяких там пророчеств. А в предсказания он, Крид Гравр, отродясь не верил… Граат усмехнулся, прикрыл глаза и закашлялся. Элиис беспокойно присела рядом, отстегнула от пояса небольшую флягу, напоила владыку.

— Войти в крепость было непросто, — виновато вздохнула она, приметив беспокойство Риоми. — Твой папа очень устал, нельзя так много требовать от себя и от посоха. Он не хотел терять людей. Даже тех, кого очаровали голосом слуги Гооза. Так ужасно — воевать со своими друзьями и единомышленниками, не узнающими тебя и исполняющими, как им кажется, твой же приказ!

— Хуже всего стражи, — огорченно пожаловался араави, чуть отдохнув. — Две дюжины, из них семеро тяжело ранены, прочие легко, но целых — ни одного. Они на дальней кромке пляжа, и до сих пор к тому месту никого не подпускают. Выбились из сил, но упрямо таскают камни, громоздят из них гору.

Крид рассмеялся. На него посмотрели с удивлением — и выслушали рассказ о спасении ценной двери. Тэльр блестел глазами и хихикал, иногда уважительно кланяясь Боу, воспитавшему этих людей. Он не мог представить, что дверь все же выломают! Ведь на века была поставлена! Эраи сокрушенно вздохнул: