— Это еще не конец. Папа вернется домой, вот увидишь. Ему просто надо сначала разобраться с собственным «я».

— Скажи это маме. Увидишь, что она на это ответит.

— Черт возьми, Джейн. Поверить не могу, что ты позволишь этому случиться. Это семья Риццоли. Семьям следует держаться друг за друга. А что мы знаем об этом парне, Корсаке?

— Перестань. Мы оба знаем, что он нормальный.

— Что означает это твое «он нормальный»?

— Он порядочный человек. И хороший коп. — Она замолчала, потрясенная тем, что защищает человека, который не особо пришелся ей по вкусу в роли отчима. Но все, что она сказала о Корсаке, было правдой. Он был порядочным человеком. Мужчиной, на которого можно рассчитывать. Женщинам обычно достаются намного хуже.

— И ты нормально воспринимаешь то, что он кувыркается с мамой? — спросил Фрэнки.

— Тебя же не волнует, что папа кувыркается с Бимбо.

— Это совсем другое. Он парень.

Теперь это разозлило ее.

— А маме кувырки не разрешаются? — выпалила Джейн.

— Она наша мать.

Загорелся зеленый свет. Когда она проезжала перекресток, то произнесла:

— Мама еще не умерла, Фрэнки. Она красивая, веселая и заслуживает еще один шанс на любовь. Вместо того чтобы доставать ее этим, ступай и поговори с папой. В первую очередь, он и является причиной того, что она выходит за Корсака.

— Угу, я поговорю с ним. Вероятно, настало время, чтобы он взял эту ситуацию под контроль. — Фрэнки бросил трубку.

Под контроль? Как раз папина бесконтрольность и привела нас к этому.

Она бросила телефон на сиденье, с ехидством предвкушая, как отреагирует на эти новости отец. Эта злость была еще одним поводом для беспокойства, еще одним шариком к дюжине других, которыми она уже жонглировала.

Телефон зазвонил снова.

Она свернула к обочине, чтобы ответить на звонок.

— У меня нет на это времени, Фрэнки, — отрезала она.

— Что еще за гребаный Фрэнки? — последовал не менее раздражительный ответ. — Послушай, Риццоли, с меня достаточно этого дерьма с «Красным Фениксом» и я хочу, чтобы ты прекратила это. — Сиплый голос, несомненно, принадлежал Кевину Донохью. Как и его восхитительный лексикон.

— Я не знаю, о чем вы говорите, мистер Донохью, — ответила она.

— Сегодня вечером я получил еще одну. На этот раз они засунули ее под дворники. Ты можешь поверить, что они осмелились прикоснуться к моему долбаному автомобилю?

— Вы получили еще одну что?

— Еще одну копию некролога Джоуи. Увлекался баскетболом и спортивной стрельбой, оставил после себя любящих мать и сестру, бла-бла-бла. И на обратной стороне послание.

— О чем в нем говорится?

— Оно идет за тобой.

— И вы всерьез это воспринимаете?

— Двух человек зарубило какое-то уродливое обезьяноподобное существо, и ты полагаешь, что мне стоит воспринимать это всерьез?

Она медленно проговорила:

— О каком обезьяноподобном существе вы говорите?

— А что, мне не положено об этом знать?

— Эта информация не является общедоступной.

— А я и не кто попало, ясно? Я гражданин и налогоплательщик, чья жизнь находится под угрозой.

У него есть источник в нашем расследовании, подумала она. Он нашел доступ в полицию Бостона. Это ее не удивило. Человек, столь влиятельный, как Донохью, повсюду может купить глаза и уши, включая мэрию и Шредер Плаза.

— Делай свою работу, детектив, — произнес Донохью. — Ты обязана служить и защищать,[67] не забыла?

Жаль, что в это понятие входит и защита мусора вроде тебя. Она выдохнула и постаралась звучать вежливо.

— Мне понадобится ознакомиться с последней запиской. Где вы сейчас находитесь?

— На своем складе в Джеффрис Пойнт.[68] Я не собираюсь долго ждать, так что поторопись.

Глава тридцатая

Когда Джейн въехала в открытые ворота «Мясных продуктов Донохью оптом» и припарковалась между «БМВ» и серебристым «Мерседесом», уже опустилась тьма. Похоже, что гангстеры любят напоказ швырять свои деньги направо и налево. Пока она выходила из машины, то услышала рев взлетающих реактивных двигателей, раздающийся из близлежащего аэропорта «Логан». Она подняла глаза, наблюдая, как самолет накренился и взял курс на юг. Она подумала о пляжах Флориды, стаканах с ромом и пальмах. Как было бы здорово наслаждаться солнечными каникулами вместо убийства.

— Детектив Риццоли.

Обернувшись, Джейн узнала одного из здоровенных телохранителей, которого она встретила в резиденции Донохью несколько дней назад. Его звали Шон.

— Он ждет внутри, — произнес Шон и перевел глаза на ее кобуру с оружием. — Первым делом, вам придется сдать пистолет.

— Мистер Донохью в прошлый раз не пытался разоружить меня.

— Ага, ну, сейчас он нервничает гораздо сильнее. Из-за того послания на его ветровом стекле. — Он протянул руку.