Читаем Безликий полностью

Значит, нужно освежить кровь, впрыснуть новые гены. Гены самих Вийяров. Зачать сыновей от другой женщины. С любимой Анаис что-то было не так. Каждый их ребенок рождался с дефектом… и пусть Од любил её, насколько вообще умел любить женщин, но не мог не признать, что его покойная супруга подпортила кровь Вийяров своей дурной кровью. Надар, отец Ода, сосватал её для сына из Северного королевства Линас. Теперь эти земли полностью занесло снегом после обвала лавины со скал и ледяного урагана, унесшего жизни всего королевства. Линаса больше не существовало. Все покрылось толстым слоем льда. И люди злословили, что шеанские земли были прокляты и уничтожены самим Иллином. Границу с Линасом перекрыли мощной каменной стеной, чтобы снег с вершин не спускался ниже. За двадцать с лишним лет выкопали канал от горячих вод Тиа к самой стене, не давая холоду распространиться за границами Лассара и умертвить все живое в Лассарской долине. Каждый год Данат приезжал к горячим водам Тиа и освящал их голубой водой из источника Храма, прогоняя зло подальше от Лассарских земель. За это хитрый и алчный шельмец получал тысячу золотых лассов.

Дочери Туарнов, исполнилось семнадцать, и она вполне могла стать достойной велеарой Лассара. Ее родословную и корни со стороны отца Од изучил вдоль и поперек, когда выдавал замуж Одейю. И сейчас понимал, что кроме неё больше нет претенденток велеарской крови. Мелкие дасы, помещики, дворяне слишком просты для трона Лассара. Придется жениться на собственной племяннице и обрюхатить ее.

Впрочем, Од даже не приехал смотреть на невесту. Ему было плевать как она выглядит. Лишь бы имелась дырка между ног в которую можно сунуть член, а потом получить законного наследника, чтоб старшие не расслаблялись. После гибели Аниса Од был слишком подавлен. Младший сын был единственным, на кого он возлагал надежды. Отдал ему Валлас и мечтал, что когда-нибудь Анис подомнет под себя своих непутевых братьев и будет править объединенными королевствами. Но Анис погиб. Когда Од разберется с проклятыми островами, он сам лично поедет в Валлас и расчленит каждого, кто не уследил за своим велеарием.

— Вот и чудно. Пошли им откупные и передай, что каждый месяц я буду пополнять казну Талладаса красным золотом, что позволит им не сдохнуть с голода. А их дочь… как там её зовут?

— Лориэль, мой Дас.

— Так вот их дочь пусть едет сюда, я встречу ее в Пераоне, где мы и сочетаемся браком.

— Полагается послать за ней свадебный кортеж, мой Велеар. Дороги полны беглых и мятежников. Ей нужна охрана.

— Я знаю, что полагается. Велика честь для обнищавших Туарнов. И я не хочу привлекать внимание. Далеко не всем понравится идея о моем браке. Моя невеста должна доехать ко мне целой и невредимой. Отправь ей навстречу трех верных воинов. Пусть ожидает их в Реаде. Сразу за землями Талладаса. Там цитадель под охраной.

Од подумал о Магаре и Самеране, которых даже не поставил в известность о своих намерениях жениться. Алчность и жажда власти Вийяров не имела границ, об этом слагали притчи. И Од не сомневался, что сыновья могут помешать этой женитьбе. Нет. В открытую никогда. Да и зачем? Если можно чужими руками подсыпать яда в бокал либо придушить подушкой.

Од пообещал им господство на мелких островах в случае победы, но оба надеялись на трон всего Объединенного Королевства. Делиться Вийяры не любили. Од знал, что оба с облегчением выдохнули, когда Одейю посвятили в ниады, а Анис погиб. Оба пафосно рыдали и истово молились за упокой души Аниса, но Од слишком хорошо знал свое потомство. Сам был рад смерти Дорена, своего старшего брата, а когда и младший слег от чумы, то Од помолился Иллину и пожертвовал храму много золота. Так что сыновья рады тому, что теперь делить королевство и острова придется лишь на две части.

Самого Ода волновала большая земля посреди океана. Земля полная рудников, пещер с драгоценными камнями и богатств. Он бы оставил проклятый Лассар, где вечно так холодно, и жил бы посреди горячего рая, утопающего в зелени и окруженного бирюзовой водой, как глаза его Одейи. Его маленькая девочка. Он уже соскучился по ней. Слишком долго не видел. Единственный ребенок, который всегда любил его только за то, что он её отец, а не велеар. Ребенок, который пострадал больше всех остальных от несправедливости этого мира. Он хотел вознести её так высоко, как только можно, чтобы цвет волос уже перестал иметь значение. Он каждую секунду жалел о том, что она не мальчик, о том, что выдал ее за Лу, а не держал при себе. По ней он тосковал всегда. Пусть Од не был ласковым отцом, да и не умел, но дочь любил даже больше себя самого. Он не отдал её Данату и был рад, когда она отреклась от пострига.

— А что с гонцом из Лассара? — столкнул еще один камень, и тот упал прямо на мертвецов, издав глухой звук от удара о латы или о шлем.

— Говорит, что-то срочное от Даната. Не терпит отлагательств, но скажет только вам лично.

— Вечные интриги Верховного астреля. Что ему почудилось на этот раз?

— Не могу знать, мой Дас. Гонец еле на ногах стоит и конь весь в мыле.