Читаем Безграничная полностью

Меня убивает факт передачи Веба Билли, но я стараюсь улыбаться, когда делаю это. Ему будет безопаснее с Билли, напоминаю я себе. Но он капризничает в ее руках, хныкает, и мое сердце болезненно сжимается от того, как он продолжает смотреть на меня.

— Все в порядке, маленький паренек. Тетя Билли собирается хорошо о тебе позаботиться, –говорю я и проверяю его вещи в последний раз: какую молочную смесь он ест, какая заставляет его срыгивать, как экзорциста³¹, в какое одеяло пеленать его ночью, какая соска его любимая….

— Я поняла, малышка, — отвечает Билли, хлопая меня по руке. Она тоже эмоциональна. Глубоко внутри она всегда хотела ребенка. Она бы завела ребенка с Уолтером, если бы могла их иметь. Но у нее осталось лишь семь лет жизни.

— Я позвоню вечером и спою ему песенку, — обещаю я, и выхожу оттуда, едва не разрыдавшись.

Все это время Кристиан стоял рядом со мной, ожидая, пока я скажу ему, что происходит.

Он сильно удивлен, когда я веду нас в кабинет в подвале общежития, а не обратно в Линкольн.

— Хорошо, Клара, — говорит он, пытаясь скрыть тревогу. — Где мы? Что происходит?

И я рассказываю ему.

У него была следующая реакция:

— Ты сделала что?

Ага, он немного расстроен. Понятно.

— Я согласилась встретиться с Семъйязой на вокзале в Пало Альто, в полночь, — говорю я снова.

— Как ты могла это сделать? — Он проводит руками в волосах. — Ты хочешь умереть?

— Нет, — отвечаю я хладнокровно. — У меня было видение, и оно показало мне, что я собираюсь встретиться с ним.

— Ты говоришь о том, чтобы совершить поездку на поезде в ад.

— Я знаю.

Он начинает качать головой. — Нет. Ни в коем случае. Нет.

— Я покажу тебе, — отвечаю я, отказываясь принять «нет» за ответ. — Давай же.

Не говоря ни слова, я направляюсь вверх по лестнице из подвала, быстро проходя через кампус, и у него нет выбора, кроме как следовать за мной. Он еще не научился перемещаться — не так потрясающе, как он может делать это в полете и с сияющим мечом. Я все еще в световом году впереди него, когда дело доходит до вызова или использования сияния. Он не может вернуться без меня.

Когда он видит церковь, то сразу понимает, куда я направляюсь, и не хочет идти. Я беру его за руку и начинаю тянуть через двор. Мы достигаем дверей «MemChu». Я поворачиваюсь к нему. — Просто пошли внутрь со мной. Пройдемся по лабиринту. Посмотрим, будет ли у тебя там видение. Ставлю 10 долларов, что ты тоже увидишь вокзал.

Нерешительность светится в его глазах. Это искушает его.

— Последний раз, когда я пошел туда, то вышел, думая, что ты умрешь, — говорит он хрипло.

— Но я не умерла. И ты сделал то, что должен был. Ты спас меня. Ты спас Веба.

— Я убил человека, — шепчет он.

— Знаю. Но это именно то, что мы должны сделать сейчас. Разве ты не видишь? Это наша цель. Может быть все это, все вместе, было нашей целью. Спасти Анжелу. Вытащить ее из ада, — я чувствую, как кто-то зажег подо мной огонь. Я с трудом могу стоять, я наполнена ожиданием.

Кристиан морщит лоб. — Все это время? — спрашивает он. — Что ты имеешь в виду?

— А что, если Анжеле было предначертано родить Веба? Я имею в виду, Азаэль послал Пена, чтобы он нашел ее, и возможно, они должны были влюбиться друг в друга, и она должна была забеременеть. Семерка — идеальное число Бога.

— Как это связано с нами?

— У меня было первое видение, в котором говорилось, что я должна отправляться в Вайоминг. Так я и сделала. И встретила тебя, и Анжелу. И потом у меня было второе видение — и это, своего рода, головоломка, потому что я никогда не могла понять, почему я продолжала видеть кладбище, почему Бог хотел, чтобы я знала о том моменте заранее, но теперь я думаю, мне демонстрировали две вещи, о которых я должна была знать. Мне показали, что Семъйяза был там, поэтому я знала, что он будет там в тот день, когда я пошла отдать ему браслет своей матери. Я была добра с ним, что изменило его отношение ко мне. Поэтому он наблюдал за мной, разговаривал со мной, и в итоге я смогла пойти к нему и попросить об этом.

— Какая вторая вещь? — спрашивает Кристиан.

— Ты. Мое видение кладбища показало мне, что ты делаешь меня сильнее. Ты и я вместе, мы можем пройти через все. Мы можем быть якорем друг друга. Мы можем быть силой друг друга.

— Ты говоришь как Анжела прямо сейчас, ты понимаешь это? — спрашивает он.

Я смеюсь и продолжаю говорить. — А третье видение показало мне, что с ней произошло. Если бы у меня не было этого видения, я бы никогда не узнала, что мы должны были оказаться в «….Подвязке» в ту ночь. Анжела бы просто исчезла, близнецы сожгли театр, а Веб вероятнее всего умер, или они бы просто забрали его.

— Клара, я не знаю, — говорит он с сомнением.

— Это все не только обо мне, — отвечаю я. — Это об Анжеле. Все это время, все это было из-за нее. Давай же, — я начинаю тянуть его в приветственную прохладу церкви. — Пройдись еще раз по лабиринту, со мной.

Десять минут спустя мы вдвоем сидим на передней скамье церкви, восстанавливая дыхание. В церкви больше никого нет, но когда мы говорим, у меня ощущение, что все ангелы, изображенные на мозаиках, слушают.