Читаем Без приказа полностью

– У него фигура представительнее! – пресек возмущение Миронов. – И одет он поприличнее.

Действительно, сегодня Монастырев был хоть и без галстука, но в костюме, а Оруджев нацепил джинсу и походил на студента не очень обремененного занятиями.

– Тогда так, – решил Борька. – Минутку…

Он полез в ящик под столом, покопался в нем и достал пластиковую коробочку, похожую на школьный пенал. Хотя кто сейчас в школу с пеналами ходит?

Миронов с интересом смотрел на махинации своего бывшего подчиненного. А тот поставил коробочку на стол, раскрыл ее и достал моток каких-то проводков.

– Сейчас все будет в лучшем виде! – заявил он. – И увидим, и услышим. А ежели Портоса бить начнут, на помощь прибежим.

Миронов сильно сомневался в том, что Монастыреву может в таком деле понадобиться помощь, но возражать он не стал, ожидая, что же последует дальше.

– Снимай пиджак! – скомандовал Оруджев Толику, и тот покорно стал разоблачаться. Тут до Миронова дошло, какие проводки достал Борька.

– Только слышно будет? – спросил он.

– Я же сказал – и видно! – гордо заявил хитроумный Оруджев. – Камера – с мушиный глаз, но чувствительная изумительно! И расстояние вполне подходящее. Будем все снимать на экран, – он кивнул на ноутбуки. – И записывать, чтобы потом посмотреть как следует. Ты там из стороны в сторону поворачивайся! – это уже Монастыреву. – Только плавно, не дергаясь. И постарайся как можно глубже проникнуть. Да не забудь комментировать, как бы невзначай, словно с собой разговариваешь. Знаешь, задумчиво так…

– Не учи ученого! – обиделся Портос. – А то я сам не знаю. Командир, мне бы легенду какую придумать: зачем я туда вперся? Для охранников.

– Сейчас, сейчас, – пробормотал Миронов, просматривая листки с информацией, собранной Оруджевым в Интернете. – Ага, вот. Ты – представитель чешской фирмы «Пльзеньские пивоварни», ищешь надежных поставщиков алюминия для производства пивных банок. Объемы закупок могут быть значительными, тебе хочется выяснить, насколько фирма Ганса Вартера солидна и какое количество алюминия она может предложить.

– А они металлами торгуют? – спросил Оруджев. – Лопухнуться ведь запросто можно!

– Торгуют, торгуют, – успокоил его Миронов. – Они много чем торгуют.

– Документик бы мне какой-нибудь, – попросил Толик. – А то выпрут взашей.

– Вот с документиками сложнее. Негде нам их взять. Ну, наврешь, что в отпуске здесь, решил так просто заглянуть, с перспективой на будущее сотрудничество. Отмазка, конечно, хилая, настоящие деловые люди и в отпуске документы, удостоверяющие их полномочия, имеют. Но, думается мне, они тебя к начальству не допустят, завернут.

– Командир! – встрял Оруджев. – А до завтра это дело потерпеть не может? Я людей знаю – любую «липу» на раз сварганят. От подлинной не отличишь!

– Да нет у нас времени! – досадливо скривился Евгений. – Так бы, конечно, чего лучшего желать! Но чувствую я, что счет уже не на недели начинает идти, и даже не на дни, а на часы.

– А чем чувствуешь, командир? – с невинным выражением лица спросил Борька.

Миронов покосился на него.

– Спинным мозгом чувствую! А тем, о чем ты подумал, я буду чувствовать, когда дело провалим и убегать придется. Еще вопросы есть?

– Почему я чех, а не, скажем, немец или русский?

– Немецкий язык ты для немца плоховато знаешь. А русский у них уже был один – Ступин. Они теперь русских наверняка опасаются. Так что чех – в самый раз. Ну что, готов?

– Сейчас аппаратуру проверим, – сказал Оруджев. – Держи! – он протянул Толику его пиджак. – Да осторожнее, проводку не повреди! А вот это вставь в ухо, чтобы нас слышать.

Пока Портос одевался, Борис пересел за столик, защелкал кнопками ноутбука.

– Ага, работает… Сейчас, сейчас… – бормотал он, настраивая камеру и микрофон. – Вот, получите!

Миронов глянул на экран и поначалу ничего не увидел. Тем временем Монастырев вылез из фургона и появилась освещенная солнцем улица. Изображение прыгало, было не очень четким.

– Вот же медведь! – возмутился Борька. – Сказано ведь: ходи плавно, неторопливо! Нет, скачет, как кенгуру! Портос, ты потише там!

– Постараюсь, – прогудел снаружи Толик. Из динамика ноутбука послышались те же самые слова.

И действительно, картинка дергаться почти перестала.

– Так и будет «елевиденье»? – спросил Евгений.

– Нет, сейчас подстрою! – Оруджев снова застучал по клавишам.

Миронов посмотрел в лобовое стекло фургона. Монастырев не спеша, солидно направлялся ко входу в фирму. Вот он подошел, остановился, всмотрелся в табличку, удовлетворенно кивнул. Молодец, хорошо играет, так держать! Он ведь наверняка сейчас виден на мониторе у охраны.

Толик открыл стеклянную створку и вошел вовнутрь. Евгений отложил бинокль и повернулся к ноутбуку.

После солнечной улицы изображение холла фирмы почти не просматривалось. Борис, шепотом выругавшись, щелкнул еще парой клавиш, очевидно, повышая чувствительность объектива, и все стало хорошо видно.