^{Фары выхватывают из темноты длинный палец шлагбаума}

Машина срывается с места и почти одновременно с поездом подкатывает к зданию станции. Пассажир успевает купить билет и на ходу сесть в медленно трогающийся поезд. Не спеша проходит он по коридорам, осторожно, но зорко заглядывая в каждое купе. Наконец входит в одно и садится прямо напротив Врукка, занятого оживленным разговором с попутчиками. Шпион внимательно осматривает пассажира; тот спокойно выдерживает этот взгляд, а затем достает портсигар, закуривает и углубляется в чтение журнала, который у него в руках. Через минутку Врукк наклоняется к нему и конфиденциально Шепчет» а ухо:

— Какой вы неосторожный!

— Я? — спокойно отвечает новоприбывший. — Не очень понимаю вас…

— Вы испачкались… Вот тут и тут!

Новоприбывший смотрит на указанные места и видит, что действительно неосторожно прислонился к домкрату во время недавней остановки на шоссе — брюки измазаны маслом. В течение десяти минут шпион и новоприбывший пассажир оживленно спорят на тему о лучшем способе выведения масляных пятен. Пользуясь случаем, шпион с невинным видом спрашивает попутчика, где тот так вымазался? Спрошенный отвечает, что он работает инженером.

— С утра еще оделся в дорогу, но с этим монтажом машин совсем забыл о времени и в самый последний момент прибежал на станцию… Видимо, испачкался смазкой, которой покрыли машины перед отправкой сюда…

Подготовка в Баварии научила Врукка пользоваться любой болтовней людей. Его рассуждения очень просты: «Этот субъект бежал на станцию: значит, завод где-то недалеко. Дальше: он упоминал о монтаже новых машин, следовательно, завод только строится. Измазался возле них, стало быть, там тесно, прибыло много машин, видимо, завод немаленький». Когда поезд приближается к следующей станции, Врукк смотрит в окно и читает название, выписанное на фронтоне здания. Пожалуй, никто из пассажиров не заметил, что Врукк с равнодушным видом засунул руку в карман… Теперь мы знаем, что кто-то это видел. Об этом не подозревал только сам Врукк: он думал сейчас о том, что, может быть, стоит побывать тут и подробнее осмотреть этот завод…

В Ольштыне кончается работа тех сотрудников контрразведки, которые опекали Врукка во время его путешествия. Теперь шпион идет по улицам воеводского города. Он шагает не спеша, держа под мышкой толстый портфель, и с любопытством осматривается кругом. Сотрудники Ольштынских органов безопасности видят не без удивления, что Врукк входит в большое здание из красного кирпича, которое находится на улице Независимости, 44. Тут помещается больница имени Николая Коперника. Кого ищет шпион среди людей, одетых в белое? Кого высмотрел себе посланец провокаторов массового уничтожения среди людей, миссия которых заключается в борьбе за жизнь?

Глава двадцатая Огонь и мотыльки

Контрразведка без труда устанавливает, кто именно гостеприимно устраивает у себя господина Врукка. Человека этого зовут Виктор Крогуль, а по профессии он аптекарь. Работает Крогуль на Должности заместителя завхоза больницы в Ольштыне. Его одиночество разведенного мужчины скрашивает заведующая бельевым складом Леокадия Беренд, бывший муж которой дослужился до офицерского чина в гитлеровском вермахте. Родная ее сестра живет в Западной Германии с «настоящим» американцем.

Оба — Крогуль и Беренд — охотно принимают у себя Генрика Сухановича (как вы помните, эту фамилию Врукк использовал на территории Польши). Ведь их гость является коллегой сбежавшего Гельхарда — старого «камрада» хозяина дома. Генрик Суханович действительно «король жизни»: не проходит ни одного дня, чтобы в доме на улице Независимости, 44 рекой не лилась водка. Не думайте, однако, что эти пирушки происходят в роскошных аппартаментах, устланных коврами и обставленных красивой мебелью, то есть так, как это привыкли описывать в своих «шпионских» повестях разные авторы с буйной фантазией. Журналист, идущий по следам обезвреженного шпиона, находит совершенно иные, реальные места, которые служили подлинным фоном событий 1953 года.

Шпионское гнездо помещается в маленьком двухэтажном домике, притулившемся к другим хозяйственным постройкам ольштынской больницы. Эту опустевшую квартирку сейчас занимает один из больничных врачей. Вот здесь — окошко на первом этаже! Из этого окна, выходящего на запад, шпион видел покрытые зеленью ближайшие холмы, наблюдал спокойное движение на больничном дворе. Другие обитатели дома даже не подозревали, что собой представляет статный молодой гость «семейства» Крогуль. Когда эти жильцы — санитарка, уборщица и кладовщик — работали и добывали себе средства к жизни, их сосед Виктор Крогуль стал открывать для себя совсем иные жизненные перспективы. «Что такое серенькое существование больничного служащего по сравнению с карьерой аденауэровского агента? — думал Крогуль. — Конечно, ничто». Разумеется, вербовка Крогуля произошла не сразу. Сначала обе стороны — вербующий и вербуемый — должны были найти «общий язык».