Читаем Бесогоны полностью

Хозяйка привела священника в свою спальню и стала быстро снимать с него одежду… Батюшка, оказавшись в чем мать родила, мгновенно воспылал к вдове страстью. Видно, что сказывалось вино. Он стал ее обнимать и целовать. И вдруг почувствовал, как кто-то стоит рядом. Священник вздрогнул.

– Что-то не так? Сейчас будет приятно… – сказала вдова и, смеясь, повалилась вместе с ним на кровать, на которой уже лежал обнаженный доктор Фаустов. Отец Наум лишь мельком успел увидеть, что у графа вместо человеческой ступни… лохматое копытце.

Рядом с кроватью и также обнаженным стоял молодой привратник.

Но, мгновенно погрузившись в упоительную нирвану страсти, священник вскоре забыл обо всем на свете. Началось то, что в народе называется свальным грехом, когда все тела переплелись, и пары лишь периодически обменивались партнерами…

Солнце уходило за горизонт, а схимник все продолжал свой рассказ. Я его внимательно слушал. В этот момент он поведал мне заключительную часть своей грустной истории. Как оказалось, он пробыл там целую неделю… Он чуть было не сказал «божественную неделю» и получил там то, чего никогда в реальной жизни ранее не испытывал. И ощутил там, что такое власть над этим миром и как им можно управлять… Вот только копытца на ногах доктора Фаустова все еще каждый раз всплывали перед глазами как некое предупреждение.

Хозяева усадьбы эту его настороженность быстро вычислили и однажды поставили непременным условием, что он сам снимет с себя свой нательный крест. И отец Наум тогда понял, что поставлен перед выбором, при этом понимая, что после того, как он сам снимет крест, ему предложат продать и саму душу…

– И чем же закончилась эта история? – спросил у преподавателя семинарист Юрий Демидов.

– Отец Наум очнулся уже в больнице. Ему рассказали, что какие-то сердобольные люди подобрали его на дороге совершенно голого и с иерейским крестом на груди…

– А я-то думал, что такое только в кино бывает, – довольно громко произнес несколько обескураженный услышанным семинарист Геннадий Севастьянов.

И батюшка Михаил продолжил свой рассказ:

– Здоровье отцу Науму немного подлатали, но вот ноги с той поездки ходить отказались, и он смог передвигаться лишь на инвалидной коляске. Священного сана, как вы догадываетесь, его лишили, ну а потом от него ушла и жена, забрав с собой все нажитое…

Какое-то время молодой священник-инвалид жил у родных, но когда почувствовал, что он им в тягость, то ушел в небольшой монастырь, где все рассказал о себе отцу настоятелю. Ну а потом, оставшись в том монастыре, многие годы замаливал свой грех. Да и по сей день молит Спасителя о своем прощении. А при нашем прощании он произнес: «Слава Богу за этот урок!»

А я еще и от себя немного добавлю. Как хорошо, что ученики Христа не были похожи на многих из наших современных пастырей, что увлекаются младостарчеством и шаманизмом «отчитки» чего бы то ни было. И начинают даже заниматься святотатством, когда корысти ради крестят, не боясь Бога, в православной вере любимых собак жен олигархов, чтобы потом их еще можно было и отпевать. Или же, задружившись с местной властью и позолотив на криминальные деньги купола своих храмов, решили, что уже одним этим заслужили себе награду на небесах, а потому могут спать спокойно… Бойтесь такого нерадения. Пронесите заботу о своих гибнущих собратьях через всю свою жизнь. Ищите спасения не только для себя, но и для ближних. И в первую очередь это спасение не в ритуалах, а в Слове и Деле Божьем. И, конечно же, в Любви! Вот тогда-то вы и станете не только желанными и любимыми для своих прихожан, но и своими для Господа.

А потом, внимательно оглядев своих семинаристов, спросил:

– Есть ли вопросы? Может быть, кто-то из вас слышал о чем-то подобном?

И тут руку поднял Иван Хватов.

– Слушаем тебя…

– Мне еще в прошлом году крестная прислала книгу «Бесогон из Ольховки»… – начал он. – Там есть один рассказ про батюшку, которого на изгнание бесов благословил его духовник.

– Я читал эту добрую книгу и хорошо помню историю отца Мефодия.

– Так выходит, что гнать беса возможно? – спросил Хватов.

– Конечно же, если в человеке есть… Любовь.

– А не могли бы вы и нас немного просветить про этого монаха? – попросил Фома.

– Иоанн, не соизволишь ли для всех пересказать эту историю? – спросил семинариста батюшка Михаил.

– Уж лучше вы… – попросил монаха Хватов.

– Попробую. Дословно уже не ручаюсь, но вот фамилию автора этой книги я помню, так как это наш современник Валерий Лялин. Скажу, что человек любопытной судьбы. Он начал писать, когда ему было уже восемьдесят лет, но, что еще важно, он был знаком с архиепископом Симферопольским Лукой (Войно-Ясенецкий), который и наставил его на путь Христов, подарив Библию. Лялин был и псаломщиком, и клиросным певчим, но главное – очень задушевно, что называется, от всего сердца и на основе жизненного опыта он писал православную прозу.

По аудитории прошла новая оценочная волна сказанного монахом Михаилом. И когда наступил штиль, батюшка продолжил.