Читаем Бешеная полностью

Двое спецназовцев шустро, не помешав друг другу, ворвались в киоск и моментально установили, что там не осталось ни единой живой души. Третий принес китайский ТТ, бережно держа за кончик дула двумя пальчиками, не уступавшими по толщине стволу. Нюхнул ствол, отрицательно мотнул головой. Даша тоже понюхала – ни малейшего запашка свежего выстрела.

– Твой? – спросила она окровавленного юниора.

Пленный мотнул головой, закатывая глаза и вроде бы собираясь улечься в обморок. Спецназовец безжалостно украсил его наручниками, второй распорол ножом брюки и стал изучать рану.

– Не знаю я его… – всхлипнула девчонка, трепыхаясь в профессионально цепких объятиях. – Залетел вдруг…

– Невиноватая ты, он сам пришел… – задумчиво сказала Даша. – Ты что же, дверь нараспашку держала? На «пластинке»-то? Ладно, с тобой мы еще споем, Лизавета… Что там у него?

– Фигня, – дернул крутым плечом камуфляжник. – Пулевое касательное, до мякоти. Подсыхает уже. Костя, любого технаря из этой лавки приволоки, сполоснем и платком замотаем, не докторов же ради такого звать…

– Требую врача! – взвыл пленный, что-то раздумав падать в обморок.

– Молчать, ты, – сказала Даша, присев рядом с ним на корточки. – Выходит, знаешь меня, киндер? Тем лучше. Кликуху и «прописку», быстро! Запечатаю на тридцатник за оказание злостного сопротивления, слезами умоешься…

Она торопилась, пока клиент не опомнился от растерянности и боли. Раз он не стрелял, открутиться сможет легко – пальцы успел стереть со ствола наголо, может статься, его никто и не видел, заскочил человек в первую попавшуюся щель, спасаясь от пуль. Если пистолет чистый, ничегошеньки не пришьешь…

– Дракон…

– Откедова, Дракоша? Центральный рынок?

– Ну.

– Кролика страховал?

– Ну.

– Подробности.

– Кролик привез каких-то залетных, с кем-то там они разбираться нацелились…

– С кем? И насчет чего?

– А я знаю? По-моему, московские. «Стрелка» ожидалась мирная, никто и не ждал… Кролик с Панфилом даже стволы брать не стали, чтобы не светиться лишний раз на чужой деревне…

– А почему здесь? Не возле пионеров?

– А хер их знает. Попросили меня побродить поодаль, на всякий пожарный. Говорю же, никто не ждал, настрой был на тихое толковище. Те, Кролик сказал, будут на синем «форде», а подлетела двадцать девятая «волжанка», то ли белая, то ли серая, оттуда пошли понужать из автомата… Панфил успел развернуться – все равно достали. Мне случайно прилетело, они ж лупили в эту сторону…

– И ты, значит, драпанул?

– Не переть же на трещотку с… – он спохватился. – С голыми руками! С голыми руками я был…

– Ну ладно, ведите его, – Даша встала. – И прекрасную лавочницу прихватите для коллекции.

– За кем они будут?

– Сейчас наши паханы решат, – сказала Даша.

И направилась к «опелю», хрустя кроссовками по битому стеклу и раскатившимся бананам. Выйдя на площадь, увидела, что за оцеплением, целясь сразу тремя видеокамерами (не в пример более шикарными, чем у проводившего оперативную съемку эксперта), уже суетятся шустрые ребята, древнейшая профессия в современнейшем вооружении. Стервятники слетелись, а значит, она с камуфляжем ничуть не переборщила: вон тот, мордастенький – с восьмого канала, а ихний «Теле-Шанс» с «Листком» дружнее всех…

Трупы уже увезли. Слева, у разбросанного товара сбежавших коробейников, кого-то допрашивали. Бортко и Воловиков, крутя головами, молча разглядывали мелочевку из карманов незадачливых пассажиров «опеля», разложенную на капоте машины, на красной папочке Палыча.

– Есть свидетели, – сказала Даша. – Статист. Кролик здесь устроил «стрелку», привез вроде бы москвичей…

– Что москвичей, мы уже знаем… – отозвался шеф.

И протянул ей красное удостоверение. У Даши лежало в набедренном кармане точно такое же, малость позахватаннее, правда, и она сначала удивилась, но тут же спохватилась, протянула руку.

Фотография убитого – человека с заднего сиденья. На первый взгляд, корочки – не подделка. Майор Гурьянов Игорь Петрович, Московское городское управление внутренних дел.

– А это у него лежало в удостоверении…

Небольшой листок белой плотной бумаги, сложенный вдоль. Три строчки мелким разборчивым почерком:

Марзуков Кирилл Сергеевич – 23-21-12, 23-44-03.

Баранов Всеволод Петрович – 36-04-11».

…Никак нельзя сказать, будто уголовный розыск встал на уши.

Он в свете последних событий и так стоял на ушах, и позу менять не пришлось – лишь беготни прибавилось.