Читаем Бешеная полностью

Даша медленно шла мимо шеренги киосков – кое-где открыты маленькие окошечки, за решетками рядами разномастного импортного пойла, шоколадок и сигаретных пачек маячат испуганные лица. Здешним продавцам можно посочувствовать – после каждой разборки на площади по киоскам Карфагеном проходят и люди Бортко, и люди Воловикова, и «областники», и районщики – все, что характерно, требуют показаний и, уж конечно, малость давят, малость припугивают. Так что работенка тут нервная, хоть из киоскеров никого еще не убили. Зато при стычке басалаевцев с залетными «махновцами» басалаевских мордоворотов подстраховывал организм с автоматом, засевший аккурат в киосочке под вывеской «Жемчужина», мимо которого Даша сейчас маршировала…

Рассеянно глянув на площадь, она удивилась – явственно показалось, будто чего-то привычного не хватает. И тут же сообразила: как-то незаметно привыкла уже сталкиваться на месте происшествия с Трофимовым и Дроновым, а их-то как раз сейчас и не было…

Вдумчивую работу с киоскерами еще не начинали. Просто со стороны дверей расположились несколько автоматчиков – чтобы будущие клиенты не вздумали самовольно покинуть сцену. Даша прошла еще пару метров…

И резко остановилась. В промежутке меж двумя киосками – вполне достаточно человеку, чтобы протиснуться, – увидела два темно-красных пятна. Наклонилась. Без всякой брезгливости тронула указательным пальцем. На пальце остался след. Кровь была свежая.

Повернулась боком и проскользнула на ту сторону. Низко нагнулась к замусоренному асфальту – еще два пятна, побольше и подлиннее. И еще… Ясненько!

Тот, с кого капала кровь, мог спрягаться только здесь. Конечно, он мог и порезаться, открывая пивко, но сейчас не верилось в совпадения…

Даша мгновенно достала пистолет, бесшумно отпрыгнула к соседнему киоску и свистнула. Когда к ней обернулся ближайший автоматчик, показала пальцем на нужную дверь.

Ведмедевский спецназовец просек моментально. Бормотнул что-то в прикрепленную к плечу рацию и кинулся к Даше. С другой стороны подбегали еще трое, Даша остановила их жестом, еще раз показав на дверь. Они прижались к соседнему киоску, держа автоматы стволами вверх.

Оглядевшись, Даша взяла из картонного ящика рядом пустую пузатенькую бутылку из-под импортного пива, тщательно прицелилась и запустила ею в нужную дверь. Подождала секунду, крикнула:

– Выходи! Я тебя застукала!

Внутри раздался отчаянный девичий визг, и вновь наступила тишина, изредка перемежавшаяся бормочущим оханьем, словно девчонке зажимали рот.

– Внимание, уголовный розыск! – крикнула Даша. – Все равно не поверю, что дома никого нет! – и поневоле вспомнила бессмертного Жеглова. – Значитца, так: дверь отпереть, все нехорошие игрушки выкинуть, а следом – с поднятыми руками по одному! В темпе вальса! Даю десять секунд, потом швырнем гранату в форточку!

В общем-то она ничуть не волновалась и не напрягалась почти, оттого и позволила себе длинный монолог. Едва ли сыщется ловушка надежнее, нежели коммерческий киоск в светлое время дня. Потайных ходов там не бывает, а пули прошивают его навылет. Достаточно шарахнуть внутрь «Зарю» – и всех можно брать тепленькими, укаканными. Правда, ради пресловутого экстренного потрошения лучше обойтись без «Зари» и прочих атмосферных красот…

– Кончился отсчет! – крикнула она. Спецназовец, сняв с пояса «Зарю», бесшумно протиснулся на ту сторону, занял исходную позицию и выжидательно уставился на Дашу.

– Гарантии какие? – наконец-то послышался мужской голос.

– Гарантии? За адвокатом еще сейчас, блядь, пошлем! – рявкнула Даша. – Говорит капитан Шевчук, Рыжая! Живо оттуда, мать твою! Гранату влеплю!

– Убери «Рысей»! – раздалось оттуда. – Издырявят ведь, падлы, сгоряча! Тебе сдамся!

– Какие дырки? – громко спросила Даша. – Ты мне, соколик, для душевного базара нужен, не бзди!

Послышался стук об асфальт чего-то определенно железного, и тут же парень с «Зарей» негромко свистнул, привлекая внимание Даши, ткнул указательным пальцем себе под ноги, сделал движение, словно стрелял из пистолета. «Пушку выкинул, сучонок, – сообразила Даша, – стер пальчики и выкинул…»

– Открывай! – крикнула она, переместившись поближе.

Дверь наполовину отошла, выскочила девчонка с поднятыми руками, в распахнутом фиолетовом пуховике, простоволосая, заполошно метнулась в сторону. «Рысенок» ловко ее поймал и заключил в надежные дружеские объятия. Даша подняла пистолет дулом вверх. Дверь распахнулась во всю ширину, появился юный верзила с поднятыми грабками – ладони перепачканы кровью, и светлые мешковатые брюки на левой ноге, пониже колена, густо подплыли кровью, заляпавшей и белый «Рибок». Он пошатнулся, сделал шаг наружу под прицелом трех автоматов – и сполз по рифленой повдоль стенке киоска, сел на задницу, все еще держа руки нелепо воздетыми.