Читаем Бернадот полностью

В 1833 году отношения с Францией неожиданно ухудшились, и Франция отозвала своего посла герцога Анри Жана Виктора де Сен-Симона из Стокгольма, а Швеция — своего посла из Парижа. Поводом послужила постановка в парижском театре «Пале-Рояль» двухактного водевиля «Le camarade de lit», в котором главными действующими лицами выступали бывшие революционные генералы. В одном из генералов можно легко было узнать Бернадота. По ходу действия герой водевиля показывал старому товарищу татуировку на теле, гласившую: «Свобода или смерть»189. Король считал, что всё это было происками французского короля Луи Филиппа. Конфликт был через год улажен с помощью англичан, обеспокоенных сближением Карла Юхана с Николаем I.

В 1830 году из-за Турции обострились отношения между Лондоном и Петербургом. Россия приняла меры по укреплению Аландских островов, в связи с чем обеспокоенный Карл Юхан вступил в контакт с англичанами. Последовало стремительное сближение двух стран, одновременно Швеция установила тёплые отношения и с Францией. Король французов Луи Филипп приказал высечь имя маршала Бернадота на Триумфальной арке, а его портрет повесить в Версальском дворце.

Петербург заявил шведам протест, и тогда Карл Юхан, обратившись к русскому, английскому и датскому дворам (1833—1834), сделал знаменитое заявление о нейтралитете Швеции. Он дал указание открыть все гавани Швеции для обеих конфликтующих сторон. Петербург остался при этом в накладе, потому что у России в Балтийском море были свои порты, в то время как Англии эта политика сыграла на руку. Но политика нейтралитета постепенно пробивала себе дорогу, получала признание других держав и становилась постоянно действующим фактором в раскладе сил на континенте.

Впрочем, провозглашённый королём нейтралитет в 1840 году своего испытания не выдержал. Карлу Юхану захотелось вмешаться в восточный конфликт, возникший между турецким султаном и египетским пашой из-за Сирии. Поскольку все крупные державы были втянуты в его разрешение, то король решил, очевидно, напомнить о величии Швеции и вознамерился послать к месту событий шведский флот в помощь бывшим союзникам по антинаполеоновской коалиции. Кронпринцу Оскару и правительству с трудом удалось уговорить Карла Юхана взять своё предложение обратно.

Трения между Стокгольмом и Петербургом имели место и в конце 30-х годов. Швеция задумала построить канал Ёта (Гёта), рассекающий страну с востока на запад и рассчитанный на оживление торговли с Великобританией. На о-ве Готланд планировалось создать свободный порт Слите, и при участии Великобритании в 1837 году была создана Слитская компания. Эти планы не понравились России, которая считала, что Ёта-канал станет поощрять контрабанду с запада, а Англия в порту Слите приобретёт балтийский Гибралтар. Вопрос о канале стал предметом обсуждения между Карлом Юханом и Николаем I во время визита последнего в Стокгольм. Решение отложили в долгий ящик, и король его так и не дождался.

При Карле Юхане получило распространение духовное движение скандинавизма. Старое противостояние с Данией уходило в прошлое, а Норвегия находилась в унии со Швецией. Старт движению был дан летом 1829 года в день Ивана Купалы, когда шведский поэт и епископ Э. Тегнер в Лундском соборе надел лавровый венок на датского скальда А. Эленшлегера. Скандинавские страны одновременно пробудились к необходимости предъявить внешнему миру свою идентичность. Карл Юхан, как всегда, проявил к новомодному течению сдержанность, ибо как реальный политик он опасался, что Дания рано или поздно потребует реванш за утрату Норвегии. Он, к счастью, ошибся: Дания, несмотря на то что там после смерти в 1839 году короля Фредерика VI стал править Кристиан (Фредерик) VIII (тот самый «летний король» Норвегии!), с потерей Норвегии навсегда примирилась, а скандинавизм счастливо дожил до наших дней. Время от времени между шведами и датчанами возникали спору по поводу уплаты Дании т.н. Эресундской пошлины190, но их удавалось урегулировать путём мирных переговоров. За два года до своей смерти король Швеции заявил датскому представителю, что в случае нападения на Данию Швеция придёт ей на помощь. Скандинавизм одержал победу и над Карлом Юханом.

Король по вполне понятным причинам много времени уделял Норвегии. Страна присоединилась к Швеции совсем недавно и не совсем добровольно, и требовалось уделять постоянное внимание болезненным процессам адаптации Норвегии к условиям нового союза. Карл Юхан мечтал о том, чтобы союз двух стран стал менее формальным и чтобы обе страны имели один общий парламент и одно правительство. Мечта эта была, конечно, утопической, потому что её осуществления не хотели норвежцы. Они на протяжении 91 года существования унии только и делали, что во всём противоречили и сопротивлялись шведской гегемонии. Дело ограничилось пока общим королём и общей внешней политикой.