Читаем Бернадот полностью

Разгром наполеоновской армии в России вызвал во всей Европе волну национально-освободительных войн. Под влиянием идей свободы и братства народов Европы находился и царь Александр, и наследный принц Швеции Карл Юхан. «Бернадот держал в своих руках судьбу мира », — скажет Наполеон во время своего заточения на Св. Елене, комментируя эти события.

В марте 1813 года Карл Юхан с курьером Дюзаблем направил Наполеону своё последнее письмо, которое было датировано 13 числом и опубликовано в печати. В нём, в частности, говорилось: «Ваша система, Государь, повелевает лишать народы употребления прав, полученных ими от природы: права торговать между собой у помогать друг другу и жить во взаимном сношении и мире». Письмо, фактически послужившее объявлением войны Наполеону, было опубликовано во всех европейских газетах и широко комментировалось общественностью. Видимость добрых отношений со старым соперником исчезла, все мосты были сожжены, и Карл Юхан вступал на путь войны со своей родиной. Это было неприятно и рискованно, и об этом своему Жану не забывала напоминать из Парижа супруга Дезире, но Карл Юхан был спокоен. По вопросу о Норвегии он заручился поддержкой России, Пруссии и Англии, и обстоятельства не оставляли ему никакого иного выбора.

Накануне отъезда наследника в Германию получилась неувязка с пропагандистской кампанией, которую тот на свой страх и риск начал в стране в пользу участия Швеции в войне против Наполеона в составе коалиции. Перед убытием в Германию он нанял уже известного нам Гревесмёлена и поручил ему написать статью в газете «Новая Скандинавия», из которой шведы должны были узнать о планах присоединения к стране Норвегии. Статья была напечатана и вызвала в стране оживлённую полемику. Но министр иностранных дел Энгестрём, который заподозрил Гревесмёлена в утечке государственной тайны и давно точил на скандального журналиста зуб, воспользовался этим случаем, чтобы привелчь его за нарушение закона о свободе печати.

Карл Юхан узнал о суде над Гревесмёленом в последний момент, когда уже садился на корабль в Карлскруне, но успел распорядиться о том, чтобы суд отменили. Всё это дело закончилось противоречивыми слухами и кривотолками, так что начало пропагандистской кампании было довольно неудачным. Ко всему прочему появилась инспирированная теперь уже Энгестрёмом статья некоего Валльмарка, в которой вопреки «высочайшему» заказу критиковалась политика Карла Юхана и высказывалось сомнение в её успехе.

Карл Юхан оценил эти «проколы» страшнее крупных военных поражений и даже заявил о том, что уйдёт в отставку. Дышавшему на ладан Карлу XIII пришлось успокаивать «сынка»: «Я прошу В.К.В. хотя бы ради меня успокоиться и не принимать случившееся так, как Вы делаете в других случаях. К несчастью, в моей стране — я признаю это открыто — есть недовольные правительством, которые дурно отзываются о его политике. Если хотите поступить правильно, будьте выше этой болтовни и не замечайте, о чём они злословят ».

Но всё это были мелочи. 8 мая в Карлскруне появился постоянный специальный представитель Александра I генерал Карл Осипович Поццо ди Борго (1764—1842) 148, корсиканец, происходивший из семьи, враждовавшей с Бонапартами, и поступивший на службу царю в 1804 году. Он должен был довести до сведения кронпринца мнение царя о том, что вопрос о присоединении Норвегии к Швеции следовало отодвинуть на ближайшее будущее. Главным сейчас было сокрушение армии Наполеона.