— Нет, — упрямо возразил Дронго, — они не стали бы так рисковать. Кроме того, купейные вагоны находятся далеко от спальных и от вагона премьер-класса. Нет. Мы кого-то пропустили. Можно, я сам просмотрю списки?

Виммер протянул ему бумаги и незаметно переглянулся с Реннером. Возможно, они переоценили этого эксперта, который мог ошибаться, уводя их на неверный путь расследования. Дронго взял списки, внимательно просмотрел их. Он не видел, как переглядываются комиссар и старший следователь, но понимал, что их доверие к нему тает с каждой секундой. Еще раз перечитав списки, он поднял голову.

— Нашел. Вы допустили небольшую ошибку, герр Виммер. Вы просматривали только фамилии пассажиров, которые должны были получить визу в немецком посольстве, чтобы въехать в Шенгенскую зону. Но это преступление требовало больших денег и больших возможностей. Посмотрите, вот здесь. Мариуш и Кристина Скавроньские. Ему тридцать восемь, ей тридцать четыре года. Граждане Польши, имеющие право на въезд в Шенгенскую зону. Они сели в Москве и сошли в Берлине. Мне кажется, это как раз та самая пара, которая может быть нам интересна. И еще одна пара: Марта и Раймонд Лумиетс. Ей тридцать пять, ему сорок один. Они из Вильнюса.

Виммер подвинул к себе списки. Просмотрел данные польской и литовской пары. Прикусил губу.

— Я действительно не обратил внимания на эти фамилии, — признался он, — мне казалось, что нужно искать людей, которые получали визы вместе с погибшими.

— Это было бы слишком рискованно, — возразил Дронго, — нет гарантий, что визы дадут в один день. Их могли задержать, и тогда вся операция бы наверняка сорвалась. Значит, нужна была пара, которая имеет право безвизового въезда в Шенгенскую зону. Это, конечно, поляки и литовцы, которые имеют такое право.

— Придется делать еще два запроса, но уже в Польшу и в Литву, — сказал комиссар, поднимаясь со стула. — Давайте мне эти списки, чтобы точно указать их фамилии. И я надеюсь, что вы больше ничего не придумаете, иначе все мое управление будет работать только на ваши идеи.

— Нам нужно срочно просмотреть пленки с вокзала, — напомнил Дронго, — и пусть ваши сотрудники, владеющие русским языком, прямо сейчас отправятся к поезду, где остались другие проводники. Нужно уточнить у проводников именно этого вагона, как вели себя двое польских и двое литовских граждан. Они ехали как раз в одном вагоне.

— Сейчас отправлю кого-нибудь из ребят, — пообещал Реннер, — и сделаю срочный запрос в Польшу и в Литву. Надеюсь, что Варшава ответит даже быстрее, чем Москва. Вот насчет Вильнюса я не уверен.

— Не загадывайте, — улыбнулся Дронго.

— Ничего, — ответил Реннер, — все равно будем их искать. Так гораздо лучше.

— И все благодаря нашему эксперту, случайно оказавшемуся в поезде, — напомнил Виммер.

— Должен вам сказать, герр эксперт, что мне понравилась ваша работа, — признался комиссар, — вы настоящий профессионал. — В его устах это было высшее признание.

Он вышел из кабинета. Виммер улыбнулся:

— Никогда не слышал от него таких слов. Вы его поразили. Признаюсь, что меня тоже. Итак, вы считаете, что одна из этих двух пар могла принять участие в убийстве пассажира из третьего купе?

— Только эти две пары, — убежденно произнес Дронго, — нужно было, чтобы сошлось очень много различных составляющих — и все совпало. Других подозреваемых у нас просто нет. Только две пары, которые подходят под описание возможных преступников. Женщина должна была быть довольно молодой, чтобы ее можно было выдать за Брустину, а ее спутник — сильным, чтобы все быстро сделать. Я почти убежден, что Альбину Брустину «заменила» либо Марта Лумиете, либо Кристина Скавроньская. А та заняла место кого-то из них. У нас есть еще около трех часов, чтобы успеть допросить проводников соседнего вагона.

— Я поеду сам, — решил Виммер, — вместе с переводчиком.

— Вы можете не успеть, — сказал Дронго, посмотрев на часы, — учтите, что у вас мало времени.

— Постараюсь успеть. А вы пока разберитесь с проводниками из своего вагона и с этими двумя пассажирами. Надеюсь, что Реннер предоставит вам полную свободу действий.

— Посмотрим, — ответил Дронго.

Глава 9

Виммер почти сразу уехал. Вернувшийся комиссар сообщил, что оба запроса в Варшаву и Вильнюс уже отправлены. Но придется подождать, хотя на обоих запросах была пометка, что это очень срочно. В Москву отправили отпечатки пальцев, взятых в купе, чтобы по базе данных найти возможного преступника — правда, шансов на такой вариант было совсем мало.

— Нам придется отпускать проводников из вашего вагона, — сообщил комиссар, — через несколько часов поезд выйдет в обратный путь. А с пассажирами мы пока не решили. Но мы не можем ничего предъявить им.

— У вас должен быть проводник по имени Сергей, — вспомнил Дронго, — можно я с ним переговорю?

— По закону категорически нельзя, — усмехнулся Реннер, — но вам можно. Тем более что мы с ними закончили и теперь они уже не наши свидетели. Пройдите в четырнадцатый кабинет. Он находится там.