Читаем Бензол (СИ) полностью

— В период объединяют все атомы с одинаковым количеством электронных энергетических уровней, — пояснил Ваня. — Это те самые оболочки, которые можно заполнять электронами.

Мира покивала, показывая, что все поняла. Ну или не все, но многое точно. Ей почему-то казалось, что именно сейчас она как никогда близка к разгадке.

— Ну что, идём дальше? — уточнил Ваня, и дождавшись, пока Миранда снова кивнёт, заговорил: — Итак, элементы в периодической системе расположены по мере увеличения заряда ядра и количества электронов. Я бы сказал, что по спирали. То есть, все начинается с первой группы, у которой на внешней оболочке всего один электрон — это щелочные металлы. Дальше заряд ядра увеличивается на единицу, добавляется по одному электрону и меняется группа. Так постепенно доходит до семнадцатой группы — у элементов в ней не хватает одного электрона до полного заполнения. Это группа галогенов. Дальше идет группа инертных газов, у них заполнено все. И потом спираль начинает новый виток, и снова все возвращается к щелочным металлам. Ты поняла хоть что-то? Это важно.

— Да, вроде бы, — неуверенно произнесла Мира. — Типа в таблице Менделеева сначала идут щелочные металлы, потом куча неизвестных групп, потом галогены, потом инертные газы, и за ними снова щелочные металлы. Да?

И неужели Ваня думает, что это сложно? Нет, для Миры это было легко и знакомо. Ведь в клубе "Элемент" был и активный щелочной металл Натрий, танцующий с не менее активной Фтор — галогеном, ну и конечно же, отрешённые от всего мира инертные газы. Миранда знала, что их она не забудет уже никогда.

— Да, все просто отлично, ты молодец, — улыбнулся Ваня. — А теперь ответ на твой вопрос. Самые активные элементы те, кому ближе всего к заполненной внешней электронной оболочке. И если щелочные металлы очень активно пытаются свой электрон спихнуть, а галогены наоборот всеми силами его отбирают у кого придётся, то инертные газы, расположенные между ними, — самые неактивные элементы на свете. И разозлились они как раз потому, что я вежливо указал им на то, что они не так уж и далеко ушли от галогенов и щелочных металлов. Несмотря на явное различие их свойств, они рядом, как бы они не были против.

Миранда вспомнила, как все было. Да, инертные газы как раз говорили о том, как сильно отличаются от щелочных металлов и галогенов, и тут пришёл Ваня и сказал им обратное. Но зачем он это сделал? Ведь если хорошо подумать и учесть все то, что он сказал раньше, то это не правда. Инертные газы ведь и в самом деле отличаются.

— Ты сказал им неправду, — заключила Мира. — Они ведь действительно совсем другие. Ну или я абсолютно ничего не поняла из твоих объяснений.

— Конечно же, это не было правдой, — Ваня усмехнулся. — Это была ложь, но очень качественная, которую на первый взгляд не отличить от правды, и над которой можно поспорить. И инертные газы знали это, и я знал это ещё лучше, просто сделал вид, что так думаю, чтобы их разозлить и вывести из равновесия. А вот ты все поняла. И очень хорошо поняла. Ты умница, я это уже говорил и ещё раз скажу.

— Спасибо, — Мира снова смутилась. — Но дело не только во мне. Я ведь уже проходила это на неорганике, и ничего не поняла. Наша преподша объясняла мало, и совсем по-другому. Вот бы она умела рассказывать химию так, как ты!

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Ваня. — Обычно я рассказал. Как в учебнике.

— Так, да не так, — возразила Миранда. — Я ведь и учебник читала, причём не раз, но поняла все только сейчас. Ты в преподы не думал податься?

Ваня задумчиво огляделся вокруг.

— Честно говоря, думал, — признался он, — но какой в этом смысл, если мы все равно в лесу? Да ещё и неизвестно, на сколько.

Мира тоже огляделась. Лес оставался все таким же, даже редеть не думал, конца и края ему не было, и Мира вдруг поняла, как сильно она замёрзла. Раньше это было не заметно, из-за мыслей о химии. А сейчас химия закончилась, и из-за холода и леса в голову полезли мысли о предстоящей пересдаче зачёта и о том, что пути домой нет.

— Мне холодно, — вздохнула Мира. — А ещё третьего числа зачёт, а я застряла здесь.

— Может пойдём быстрее? — предложил Ваня. — И согреемся, и выйдем в конце концов куда-нибудь.

— И устанем почти сразу, — добавила Мира. — Впрочем, какая разница? Может это и к лучшему, замёрзнуть в лесу? Так хоть не придется идти на этот дурацкий зачёт.

— По-моему, это перебор — жертвовать жизнью из-за зачёта, — заметил Ваня.

— Да все равно я его не сдам. А потом отчисление. И что я скажу родителям? "Простите, мама, папа, ваша дочь — бездарь, которая не смогла два раза сдать неорганику, и вы зря платили за учебу"?

— Ой, да сдашь ты свою неорганику! В конце концов, ты только что разобрала строение атома. Это уже полдела.

— Боюсь этого не хватит для "тройки".

Ваня пожал плечами и произнёс: