В 2003–2005 годы Бэнкси провел серию музейных перформансов «Оскверненные картины». Он заходил в здание музея как обычный посетитель, а затем вешал на стену принесенное им собственное произведение. К своим акциям в музеях Бэнкси тщательно готовился. Он заранее приходил в музей и высматривал удобное и скрытое от глаз наблюдателей пустое место на стене. «Все ходят смотреть в музей на искусство, а я на пустое место между картинами», – говорил художник.

Первым музеем, в который Бэнкси подбросил свою работу, стала лондонская галерея Тейт. 17 октября в музей зашел посетитель, одетый в забавный старомодный плащ и надвинутую на лицо шляпу (совсем как герои шпионских фильмов). В руках он нес ничем не примечательный бумажный пакет. Оказавшись в залах музея, таинственный посетитель достал из пакета картину и повесил ее рядом с настоящими экспонатами! Еще секунда – и рядом с картиной оказалась табличка с названием и краткой информацией о работе. Дело сделано. Бэнкси (а это был именно он) направился к выходу. Никто не остановил и не задержал его, ведь обычно охранников больше интересует, что посетители могут вынести из музея, чем то, что они могут туда принести.

Спустя пару часов одна из картин с треском упала со стены – не выдержал клей, которым художник прикрепил свою работу. И только тогда служители музея обратили внимание на то, что в зале оказался лишний экспонат. При ближайшем рассмотрении работа оказалась весьма заурядным сельским пейзажем с церквушкой и деревьями. Единственное, что бросалось в глаза, – это заградительные полицейские бело-синие ленты на переднем плане. Такими обычно оцепляют места преступлений. В приписке Бэнкси объяснил идею работы следующим образом: «Наше новое приобретение – замечательный образец неопостидиотизма. Художник нашел на базаре в Лондоне картину маслом без подписи и пририсовал с помощью трафарета ленту с предупредительной надписью. Осквернение столь идиллического пейзажа можно интерпретировать как символ осквернения нашей страны ее одержимостью убийствами и педофилией. Посещение любого отдаленного прекрасного уголка может закончиться домогательствами или обнаружением спрятанного расчлененного трупа». Как вы уже заметили, Бэнкси едко пародирует искусствоведческую лексику и типичные музейные обороты. Чего стоит один «неопостидиотизм». С помощью своего перформанса художник в очередной раз ставит под сомнение мнение музейных кураторов, которые выбирают картины для экспозиции.

Впрочем, на этом Бэнкси не остановился. В следующем году он решил покорить Лувр. В октябре 2004 года уже знакомый нам посетитель в плаще и шляпе зашел в крупнейший парижский музей. Дальше все шло по тому же сценарию: Бэнкси достал из складок своего плаща картину и прикрепил ее с помощью клея к стене. На этот раз Бэнкси решил сделать пародию на культовую картину Лувра – «Мону Лизу» Леонардо да Винчи. Бэнкси взял постер с репродукцией полотна и вместо лица Джоконды наклеил мультяшную мордочку, смайл (игра слов: «smile» по-английски это и обычная улыбка, и смайлик, эмоджи – улыбка на клавиатуре).

Обманки Бэнкси до того хорошо сливались с музейным окружением, что иногда служители не сразу обнаруживали неладное. Например, «старинный портрет» адмирала с баллончиком аэрозольной краски в руке провисел в Бруклинском музее аж 8 дней! И никому в голову не пришло, что что-то с этим портретом не так. Может быть, посетители музея не слишком внимательно смотрят на картины?

Хотя, скорее всего, дело в том, что люди привыкли безоговорочно доверять музею и принимать за искусство абсолютно все, что попадает в его стены. Как сказал один из современных американских художников Фред Уилсон, «музей… это место, где никто не ожидает, что его введут в заблуждение. Вы верите во все, что они вам предлагают». Бэнкси в своем проекте воспользовался этой презумпцией музейной ценности и не упустил шанса ткнуть зрителей носом в их собственную доверчивость и всеядность. Он поместил свое заведомо нелепое и издевательское произведение в строгую официальную музейную среду. Но эта среда обладает настолько большим авторитетом, что люди готовы скорее пройти мимо «странной картины», бормоча себе под нос: «Ох, уж это современное искусство!», – чем спросить себя: а как это оказалось в музее? Почему это искусство?

Леонардо да Винчи. Портрет госпожи Лизы дель Джокондо. 1503–1519

Бэнкси. Улыбка Моны Лизы. 2004

<p>Выставка в Бристоле</p>