– По крайней мере, отец его был американцем. Если хотите, обратитесь за справками к отцам иезуитам. Им известна биография этого юноши.

Миссионеры охотно поделились с гостями коменданта своими сведениями. Отец Карлоса действительно был американцем. Его считали странным человеком. Появившись каким-то таинственным образом в долине, он остался там навсегда. Такие случаи крайне редко наблюдались в селениях Новой Мексики. Американец приехал в долину не один, а с женой, матерью Карлоса, той самой старухой, которая так поразила всех на празднике святого Хуана. Все старания отцов иезуитов обратить этих двух чужестранцев в католичество оказались напрасными. Старик – он был охотником – умер таким же еретиком, как родился. Жители Сан-Ильдефонсо пресерьезно уверяли, что вдова его водится с нечистой силой. Пребывание такой семейки в истинно католической стране многим казалось недопустимым. Миссионеры давно уже изгнали бы Карлоса и его мать, если бы не постоянное заступничество предшественника Вискарры. Старый комендант покровительствовал «еретикам» и всячески умерял рвение отцов иезуитов.

– Помните, кабальеро, – сказал отец Иоахим, окончив свой рассказ и обращаясь к полковнику, – помните, что такие люди чрезвычайно опасны. В сердцах их зреют зародыши революции, и они постоянно думают об изменении существующего строя. Этот молодой американец очень подозрителен. Его постоянно видят в компании различных негодяев. По-видимому, он поддерживает дружеские отношения с находящимися под надзором индейцами. Некоторые из них даже служат у него в качестве пеонов.

– Да неужели? – воскликнули гости. – В таком случае, он действительно опасный человек. Надо зорко следить за ним.

Тут разговор перешел с Карлоса на его сестру. Присутствующие наговорили много лестного о красоте юной американки. Полковник Вискарра все время менялся в лице. Гости его даже и не подозревали, что он думал и чувствовал в эти минуты. В уме коменданта постепенно созревал гнусный план. Его слуги уже получили кое-какие распоряжения.

Поговорив в течение некоторого времени о сестре сиболеро, сотрапезники принялись перебирать по очереди всех хорошеньких женщин Сан-Ильдефонсо. Под влиянием выпитого вина эта банальная тема показалась всем необычайно пикантной и интересной.

К вечеру многие гости Вискарры совершенно перепились. Было уже темно, когда они стали собираться уходить. Некоторых пришлось развозить по домам в экипаже. В числе их были и представители духовенства. Городской священник и отцы иезуиты еле держались на ногах. Их доставили по назначению жандармы, давно уже привыкшие ничему не удивляться.

ГЛАВА XIX

В зале остались только комендант и его друг, капитан Робладо. Откупорив новую бутылку вина и закурив сигары, они продолжали начатый разговор.

– Итак, Робладо, вы полагаете, что она благосклонно относится к этому охотнику? Впрочем, я сам того же мнения. Иначе он не осмелился бы вести себя таким образом.

– Какие тут могут быть сомнения! Вчера вечером он виделся с нею наедине. Я совершенно уверен в этом. Подойдя к дому дона Амброзио, я увидел подле одного из окон человека, который стоял, опершись на решетку, и разговаривал с кем-то, находившимся в комнате. Сначала я подумал, что это кто-нибудь из приятелей старика. Я остановился у ворот, и через несколько минут незнакомец плотно запахнул свой плащ, отошел от окна, вскочил на лошадь и ускакал. Представьте себе, что я почувствовал, узнав черного мустанга сиболеро Карлоса!

Робладо стукнул кулаком по столу.

– Когда я поднялся по лестнице и спросил, дома ли дон Амброзио, слуги ответили, что хозяин уехал на рудник, а сеньорита заперлась в своей комнате и никого не принимает. О, черт! Я так обозлился, что в течение нескольких минут совершенно перестал владеть собой. Хоть убейте, не помню, сказал ли я что-нибудь слугам в ответ на их слова. Все это кажется на первый взгляд невероятным. Тем не менее это так. Каталина назначает проклятому охотнику тайные свидания. Это так же верно, как то, что я офицер.

– Да, Робладо, неприятная история. Что же вы намерены предпринять?

– Да ничего особенного. У меня ведь нет оснований беспокоиться. За нею усилят надзор – вот и все. Я настроил соответствующим образом дона Амброзио. Вы достаточно посвящены в мои дела, полковник! Роль магнита играет для меня приданое Каталины. Но все-таки чертовски неприятно иметь соперником такого молодца. Ха-ха-ха!

Смех Робладо прозвучал неестественно и принужденно.

– Для вас не тайна, – продолжал он, высказывая давно уже мучившую его мысль, – что миссионеры терпеть не могут всю эту американскую семейку. Сегодня за обедом отец Иоахим обнаружил свои истинные чувства. Если только церковь пожелает нам помочь, мы можем избавиться от сиболеро без особенного скандала. Отцам иезуитам ничего не стоит изгнать из Сан-Ильдефонсо заведомого еретика. Не так ли?