Затем – отдаленный звук шагов – быстро, по-мальчишески, сбегающих по лестнице …

Потом вдруг короткий, едва ощутимый, на пределе слышимости, диалог: «За мною следят!» – «Знаю»…

И снова – шаги, шуршание… Потом – неожиданно громкие и оттого звучащие особенно неестественно хозяйкины слова: «Ну ладно уж, Шпунтик, иди сюда. Так и быть. Дам тебе одну ложку. Но не больше…»

…Когда спустя два часа Кева закончил тщательно, по нескольку раз, прослушивать кассету с записью того, что происходило вчера вечером в квартире подозреваемой, он нисколько не сомневался в трех вещах:

Во-первых, она убежала из-под наблюдения после того, как ее кто-то предупредил.

Во-вторых, этот «кто-то» – женщина, причем – очень хорошо знакомая Юле женщина.

И, в-третьих, эта женщина – явно непрофессионал.

Глава 16

В то же самое время. Женя

Женя наконец собралась с силами и вышла в холл.

За Юлечкиной стойкой восседала неприятная женщина средних лет. «Уже – новая секретарша?! – удивилась Женя. – Ну, Дубов, – шустер…»

Сотрудники старательно пялились в мониторы, с озабоченным видом терзали телефонные аппараты. На Женю никто не обращал внимания. «Слух о моем увольнении еще не прошел», – поняла Марченко. Медленно, чтобы не упасть, – голова все еще кружилась – она пошагала в столовую «Глобуса». Пусть ее уволили – в чашке кофе ей, она надеялась, не откажут.

В столовой было почти пусто. Только за угловым столиком сутулился над газетой Федор Степанович. Он вскинул голову, заслышав ее шаги. Тут же вскочил, бросился ей навстречу:

– Женечка, что с тобой?!

– Ни-ни-чего, – произнесла она, еле ворочая непослушным, тяжелым языком. – Просто голова разболелась…

Федор Степанович заботливо подхватил ее под локоть, подвел к своему столику, усадил… Спросил встревоженно:

– У тебя раньше такое бывало?

– Иногда… если перенервничаю. – Слова давались Жене с трудом.

– Тебе нужно к врачу, – строго сказал главбух.

– Хорошо, – не стала спорить она. Боль потихоньку отступала.

Женя проговорила:

– Мне бы кофе…

– Нельзя, Женя. Вдруг у тебя давление? Тогда от кофе будет только хуже! – возразил бухгалтер.

Она упрямо мотнула головой:

– Кофе! Мне всегда помогает!

– Ты уверена? – недоверчиво спросил Пахомов.

– Пожалуйста, Федор Степанович, – умоляюще проговорила она.

– Хорошо, – неохотно уступил он. – Сейчас принесу.

И авторитетно добавил:

– Только некрепкий.

Бухгалтер отправился к стойке. А Женя как завороженная смотрела на его пиджак, оставшийся висеть на спинке стула. Из внутреннего кармана призывно выглядывала кожаная дискетница… Федор Степанович болтался у стойки довольно долго. Сначала ждал, пока ему нальют кофе. Потом у него зазвонил мобильный и он тихо, не возвращаясь к столику, перебросился со звонившим короткими фразами.

Когда бухгалтер наконец принес кофе, Женя сидела, сжав виски руками.

– Женечка, тебе хуже? Может, вызовем «Скорую»? – осторожно предложил он.

Женя опустила руки, откинулась на стуле:

– Нет-нет, мне уже легче.

Она с облегчением сделала большой глоток кофе. Слабо улыбнулась:

– Хотите новость, Федор Степанович? Меня уволили!

Женя ждала какой угодно реакции – удивления, сострадания, может быть, даже гнева. Но Федор Степанович просто осторожно погладил ее по руке и успокаивающе сказал:

– На самом деле я так не думаю.

– В смысле? – не поняла она.

– Никто тебя не увольнял. Иди и работай.

Она удивленно уставилась на него:

– Но Дубов же сказал – писать заявление!

Добрые глаза бухгалтера блеснули сталью. Лицо закаменело. Женя никогда не видела милейшего Федора Степановича таким.

– Я сказал тебе – иди и работай. Олег Петрович просто погорячился.

Женя поморгала. Потерла виски. Что-то она ничего не понимает. Федор Степанович между тем вернулся в привычную оболочку. Принял обличье старичка-добрячка. Заквохтал:

– Ну, как твоя голова? Может быть, все-таки поедешь домой?

– Голова почти прошла, – твердо сказала Женя. – Но я хочу знать, что происходит!

Федор Степанович устало откинулся на своем стуле. И неожиданно раздраженно сказал:

– Олег Петрович очень расстроен тем, что Юля исчезла внезапно. Ничего не сказала, никого не предупредила. Он опасается – вдруг ее переманили конкуренты.

– Конкуренты? – недоверчиво фыркнула Женя. Такой версии она просто не ожидала. – Зачем Юлька нужна конкурентам? – совершенно искренне удивилась она.

Бухгалтер еле уловимо передернул плечами. А Женя впервые подумала: не все очевидно в агентстве «Глобус». И, кажется, отнюдь не Дубов здесь настоящий главарь. Для реального, обладающего властью босса Олег Петрович слишком прост, примитивен. Совсем не исключено, что главный мафиози в «Глобусе» – этот милый старичок. Кофеек, обедики, сюсю-пусю. Однако в чем, в чем, а в железной выдержке ему не откажешь…

– Ты правда никогда не приезжала к Юле? – между тем непринужденно спросил Федор Степанович.

«Вот, кажется, ключевой вопрос! В третий раз за сегодняшний день…»

Женя горячо сказала:

– Да нет же! Я даже не знаю, где она живет!

«Что-то я совсем запуталась, – безнадежно подумала она. – Все вокруг смешалось, переплелось. Не поймешь, кто плохой, кто хороший…»