Читаем Белый Крым, 1920 полностью

Для выполнения первоначальных организационных работ просить Главнокомандующего ВСЮР об откомандировании в распоряжение Генерал-лейтенанта Янушевского следующих лиц, состоящих в резерве чинов: генералов Лукашевича и Чарского, начальника Константиновского военного училища генерал-майора Присовского, состоящего в Управлении дежурного генерала Штаба Главнокомандующего полковника Кохановского, начальника технического отделения авточасти главного отдела военных сообщений полковника Старицкого и состоящего при Гражданском Управлении полковника Сахно-Устимовича, с сохранением получаемого ими ныне содержания.

Просить генерал-майора Кирея об отводе для заседаний и работ штаба трех комнат в центральной части г. Севастополя.

На подлинном подписи:

Председатель собрания Н.Г. Левченко. Члены: ген. — майор Лукашевич, ген. — майор Чарский, полковники: Сахно-Устимович, Кохановский, Старицкий, Марьюшкин, Борковский, Радковский; капитаны Якимович и Н.А. Кравченко, инженер Кирста, подпоручик Быков.

Протокол этот был представлен Шатилову через генерала Кирста, на рапорте которого (№ 32 от 28 июля 1920 г.) Шатилов положил резолюцию следующего содержания:

«Генералу Кирею 29/VII20. Ничего подобного. Главком указал им явиться к вам, не считая возможным разговаривать с ними, минуя вас. Все предыдущие мои указания остаются в силе. Генерал Шатиловр.

Итак, с одной стороны дают согласие, а с другой это согласие отрицается, т. е. получается совершенно недопустимая двойственность. Эта же двойственность сказалась и в дальнейшем, когда приходилось по украинскому вопросу беседовать с различными членами правительства генерала Врангеля.

Дабы не быть голословным, укажу, на пример визита г. Чубинского к управляющим отделом финансов Бернацкому и внутренних дел Тверскому.

В то время как первый дал исчерпывающие объяснения по всем затронутым вопросам, второй даже удивился, когда узнал о предмете разговора, т. е. об Украине, каковую он, видимо, совершенно отрицал.

Продолжая теперь дальнейшее повествование о своих шагах, предпринятых мною для скорейшего проведения в жизнь мероприятий, необходимых для упорядочения украинского вопроса, считаю нужным указать, что все эти вопросы я поднимал попутно с вновь представляемыми проектами о необходимости перенесения центра тяжести военных операций на Украину, и соображения эти я подробно изложил в своем рапорте от 21 августа 1920 г., № 10183.

Состоящий в распоряжении Главнокомандующего Русской Армией

Генерал-лейтенантСекретно

СЛАЩОВ-КРЫМСКИЙ 21 августа 1920 г.

№ 10183 г. Севастополь

Современная стратегическая обстановка в общих чертах: две трети большевистских сил на польском театре военных действий, из остающихся — большая часть против Крымского и Кавказского фронтов. Между Польшей и Советской Россией идут мирные переговоры в Минске. Не предрешая вопрос об их результате — необходимо считаться с вопросом о возможной переброске большевистских масс на Крымский фронт. С момента заключения перемирия — через один месяц возможно появление на этом фронте конницы Буденного, а через два сосредоточение остальных красных армий. Таким образом, два месяца максимальный срок для борьбы с противостоящими теперь перед нами красными силами.

Первоначальный план действий — активные действия первого периода (майская операция) занятием Северной Таврии (по фронту 400 верст, в глубину 150 верст), в дальнейшем переходить на действия по внутренним операционным линиям, с нанесением коротких сокрушительных ударов в Токмаковском, Ореховском и Александровском направлениях, а затем в силу превосходства красных в резервах — к переходу в оборонительное исходное положение.

Десантная операция на Кубани не дает ожидаемых результатов (в смысле времени), и Красная армия и здесь успевает своевременно сосредоточить превосходные силы путем переброски их морем из Таврии на Кубань и создать угрозу тыловым путям десанта.

Операция на Дону (отряда Назарова), отделенная от общего фронта значительным расстоянием, не дает осязаемых результатов. Живая связь отсутствует.

Со стороны красных небывалое упорство и настойчивость к захвату инициативы в свои руки. Громадные

потери быстро компенсируются приливом новых контингентов мобилизованных с севера, центра России и из Сибири. Целые дивизии уничтожаются (15-я и другие), но затем быстро возрождаются находящимся в ближайшем тылу указанным пополнением. Борьба принимает затяжной характер.

6) Наши живые силы тают. Потери в среднем 50–75 процентов. Раненых к 1 августа зарегистрировано 15 ООО (по сведениям главного военно-санитарного инспектора). Громадный процент убыли в командном составе (особенно в кавалерии).

Источник комплектования

Крым — Северной Таврией боеспособный материал почти весь использован.

Б. Бредовские части — более половины влиты в ряды войск.

Надежда на Дон и Кубань, не предрешая этого вопроса до ближайшего будущего, но проблематична.

Резюме