Читаем Белый клык полностью

Белый клык

When he moved it moved, and he growled at it through his clenched jaws; when he remained still, it remained still, and he concluded it was safer to continue remaining still.	Стоило волку двинуться, как елка тоже двигалась, и он ворчал на нее сквозь стиснутые челюсти; когда он стоял спокойно, деревце тоже не шевелилось, и волк решил, что так безопаснее.
Yet the warm blood of the rabbit tasted good in his mouth.	Но теплая кровь зайца была такая вкусная!
It was his mate who relieved him from the quandary in which he found himself.	Из этого затруднительного положения Одноглазого вывела волчица.
She took the rabbit from him, and while the sapling swayed and teetered threateningly above her she calmly gnawed off the rabbit's head.	Она взяла у него зайца и, пока елка угрожающе раскачивалась и колыхалась над ней, спокойно отгрызла ему голову.
At once the sapling shot up, and after that gave no more trouble, remaining in the decorous and perpendicular position in which nature had intended it to grow.	Елка сейчас же выпрямилась и больше не беспокоила их, заняв подобающее ей вертикальное положение, в котором дереву положено расти самой природой.
Then, between them, the she-wolf and One Eye devoured the game which the mysterious sapling had caught for them.	А волчица с Одноглазым поделили между собой добычу, пойманную для них этим таинственным деревцем.
There were other run-ways and alleys where rabbits were hanging in the air, and the wolf-pair prospected them all, the she-wolf leading the way, old One Eye following and observant, learning the method of robbing snares-a knowledge destined to stand him in good stead in the days to come.	Много попадалось им таких тропинок и прогалин, где зайцы раскачивались высоко в воздухе, и волчья пара обследовала их все. Волчица всегда была первой, а Одноглазый шел за ней следом, наблюдая и учась, как надо обкрадывать западни. И наука эта впоследствии сослужила ему хорошую службу.
CHAPTER II-THE LAIR	ГЛАВА ВТОРАЯ. ЛОГОВИЩЕ
For two days the she-wolf and One Eye hung about the Indian camp.	Два дня и две ночи бродили волчица и Одноглазый около индейского поселка.
He was worried and apprehensive, yet the camp lured his mate and she was loath to depart.	Одноглазый беспокоился и трусил, а волчицу поселок чем-то притягивал, и она никак не хотела уходить.
But when, one morning, the air was rent with the report of a rifle close at hand, and a bullet smashed against a tree trunk several inches from One Eye's head, they hesitated no more, but went off on a long, swinging lope that put quick miles between them and the danger.	Но однажды утром, когда в воздухе, совсем неподалеку от них, раздался выстрел и пуля ударила в дерево всего в нескольких дюймах от головы Одноглазого, волки уже больше не колебались и пустились в путь длинными ровными прыжками, быстро увеличивая расстояние между собой и опасностью.
They did not go far-a couple of days' journey.	Они бежали недолго -- всего дня три.
The she-wolfs need to find the thing for which she searched had now become imperative.	Волчица все с большей настойчивостью продолжала свои поиски.
She was getting very heavy, and could run but slowly.	Она сильно отяжелела за эти дни и не могла быстро бегать.
Once, in the pursuit of a rabbit, which she ordinarily would have caught with ease, she gave over and lay down and rested.	Однажды, погнавшись за зайцем, которого в обычное время ей ничего не стоило бы поймать, она вдруг оставила погоню и прилегла на снег отдохнуть.