Читаем Белые росы (СИ) полностью

Предложение Снейпа помочь звучало чрезвычайно соблазнительно, женщине ужасно хотелось согласиться, но от старых привычек не так-то просто было отделаться — только благодаря своей паранойе ей удавалось выживать в одиночку долгие пять лет, и просто так отказываться от доказанно полезных принципов было попросту глупо.

Расчертив на листе в блокноте два столбца, она начала обдумывать плюсы и минусы такого решения. Главный плюс был солидным — в случае успеха предприятия Катя могла уйти из школы очень далеко, никогда не вспоминая об этом зверинце.

Основным минусом оставалась неизвестность — она никак не могла поверить в то, что Снейп стал добрым самаритянином и предложил помощь просто так, бескорыстно, не сохраняя за пазухой никаких камней.

Вряд ли он потребует от нее левую почку или определенные сексуальные услуги — Катерина здраво оценивала свои внешние данные и не считала, что профессор страдает извращениями настолько, чтобы на нее покуситься. Однако он мог ударить ее по очень больному месту — по кошельку. В процессе поисков Снейп мог из вредности потребовать от нее выполнять какие-нибудь особо неприятные обязанности, которые нельзя доверить студентам и домовым эльфам. При этом, Катерину пугал не сам факт дополнительной работы, а то, что заработка это не сулило, и могло повлиять на ее подработку у Аберфорта, приносящую реальные деньги. И тогда — прощай, сладости, хороший чай и другие излишества, которые в обычной жизни Кате перепадали довольно редко.

Подумав ещё немного, Катя решила проигнорировать "жест доброй воли" от мутного Снейпа, не ходить никуда после работы в среду и попытаться разобраться со всем своими силами. С этими мыслями, протопив камин в спальне и плотно закрыв все двери и ставни, она спокойно заснула, не забивая себе голову этим вопросом.

Утром в понедельник, как ни в чем не бывало, Катя отправилась на работу, поеживаясь от лёгкого морозца. Под ногами похрустывал лёд на лужицах, ветер иногда путал полы неудобной мантии, но под мантией были крепкие ботинки и плотные брюки, так что это не доставляло беспокойства. Шагать по подмерзшей грязи было легко, и двухмильная прогулка доставляла удовольствие и бодрила.

Хотя идти приходилось по окраинам Запретного леса, в котором, как с удовольствием рассказывал Филч, водились кровожадные хищные звери, Кате не было страшно. Она все так же носила с собой дубинку, кроме того, ей доводилось в жизни встречать людей, более страшных, свирепых и кровожадных, чем любой монстр этого волшебного леса.

Подходя к воротам замка, Катерина ощутила лёгкое воодушевление. Несмотря ни на что, ей нравилось это место, и замок отвечал ей искренней добродушной привязанностью. Это ощущалось в мелочах и в том, насколько комфортно ей было в этих толстых, местами замшелых стенах.

Ворота школы охотно распахивались, стоило ей приблизиться, как Филч ни пытался их запирать. Вот и сейчас створки гостеприимно приоткрылись, и Катя сняла перчатку, ласково проводя рукой по немного влажным от утренней изморози изящным металлическим лозам, украшающим решетки ворот.

На территории Хогвартса было значительно теплее, чем снаружи — наверняка не обошлось без очередных магических "штук". Катя даже мысленно не называла это "чары", а говорила "штуки" — так она могла психологически отстраниться от всего происходящего, судить о происходящем более здраво и рационально. В ином случае был велик соблазн принять все слишком всерьез и окончательно поехать кукушкой. Магия, чары и волшебство — это то, с чем Катя не могла справляться собственными силами, а вот если воспринимать это штуками, фокусами и трюками — все выглядело гораздо более решаемым и оставалась надежда выпутаться из проблем без лишних потерь.

Преодолев вход, она вытерла ноги о небольшой половичок у пустующей стойки с зонтами, стряхнула с капюшона капельки талой воды и свернула в сторону, в незаметный служебный коридор, почти скрытый набором доспехов.

Первым делом необходимо было переодеться и позавтракать — благо от каморки, выделенной ей в качестве раздевалки до школьной кухни было недалеко.

Несмотря на ранний час, на кухне царило оживление, суетились эльфы, подготавливая все к завтраку — сами собой нарезались буханки свежеиспеченного хлеба, летали над столами ложки, измазанные джемом, а под потолком собирались клубы пара. Полуподвальное помещение кухни все-же плохо проветривалось, хотя где-то сверху с трудом, но можно было заметить пару узких приоткрытых окон.

Хаосом на кухне руководил толстый неприветливый домовой эльф Питс, обмотанный в домотканое льняное полотенце. Кате редко доводилось видеть толстых эльфов, но Питс на фоне собратьев был откровенно массивным, до непристойности складчатым, с отвисшими широкими ушами и животом и неприязненным выражением лица. Он недовольно косился на Катю каждый раз, как ее видел, но, похоже, и его не обошло строгое внушение со стороны директора — уж за это Дамблдору можно сказать спасибо.