Читаем Belov.indd полностью

Я искренне хочу приносить пользу своей стране, честь которой я когда-то защищал, как умел, на спортивных аренах мира, и уверен, что мой опыт еще может ей пригодиться. Надеюсь, что и моя давняя мечта — создание «Академии баскетбола Сергея Белова», давно уже предлагаемое мною, — когда-нибудь осуществится.

Мой путь

Спорт — концентрированная модель жизни, выявляющая за считанные минуты сверхнапряжения сил всю твою подноготную, — всегда будет мощным источником интереса и сплочения людей. Я рад, что смог реализовать себя в спорте полностью, воплотил в жизнь свои детские мечты. За каждым высоким результатом — что-то свое, свои комедии и трагедии. При этом для меня особенно важно то, что я всегда разделял собственно спортивные результаты и творчество, благодаря которому я их добивался.

Конечно, любой путь не бывает идеально гладким. Возможно, сейчас я многое в своей жизни сделал бы по-другому, иначе расставил акценты в подготовке, в творчестве. Впрочем, всему свое время, и в молодости скучно жить умом 60-летнего человека. Нельзя прожить рафинированную жизнь. Допущенные ошибки — соль жизни, в том числе жизни в спорте.

Я мог бы пожалеть о том, что время не позволило мне сыграть и проявить себя в сильнейшем соревновании мира — чемпионате NBA. Но, узнав структуру «фантастической лиги», ее гласные и негласные правила поближе, я сейчас уже не уверен, что непременно поехал бы играть в NBA, даже имей я такую возможность (чем, конечно, вновь удивил бы всех: «опять выделывается.»). Рамки для индивидуального творчества, развития существуют и там, давление системы на личность в Америке, возможно, еще сильнее, чем было в «совке».

Можно было бы задуматься о том, почему Господь не дал мне добиться по-настоящему великой победы как тренеру.. Однако такие размышления я считаю преждевременными — считаю, что у меня все еще впереди. Я не привык ни о чем жалеть и останавливаться на достигнутом. Я дорожу своим прошлым, но жить хочу настоящим и будущим.

Глава 22 ЗА ПЛОЩАДКОЙ

В мире прекрасного

Спортивные мемуары принято завершать рассказом о хобби, увлечениях, разнообразии интересов, об участии в различного рода политических и благотворительных проектах. Все это призвано дополнительно подчеркнуть многогранность и масштабность личности героя («талантливый человек талантлив во всем»), его беззаветную преданность людям и своей стране. По закону жанра, я сейчас должен поведать вам о том, как я люблю классическую музыку и живопись, как в коротких паузах между тренировками и играми немедленно хватался за любимый томик Бунина, как с интересом общаюсь с видными деятелями политики, культуры и искусства, перечислить телевизионные шоу, в которых принял участие.

Как вы уже поняли, ничего этого не будет. Не хочу никого обидеть, но порой подобные признания моих коллег — именитых спортсменов кажутся мне несколько вымученными и не совсем правдивыми. С первых строк этой книги я старался быть с вами исключительно честным и никоим образом не приукрашивать себя. И сейчас я честно признаю: спорт высших достижений, игра в баскетбол были для меня и основным занятием, и хобби, и вообще всем в жизни с тех пор, как я, распрощавшись с футболом и легкой атлетикой, сосредоточился на оранжевом мяче и каждые свободные полчаса стал проводить в зале у Георгия Реша.

Не знаю, удалось ли мне это объяснить, но то отношение к игре, которое я сохранял на протяжении всей своей долгой карьеры, то горение в полный накал, тот адский труд, которым я готовил себя к нескольким неземным озарениям, которые мне довелось пережить на спортивной площадке, не совмещались с чем бы то ни было еще по определению. Поэтому я не считаю, что спортсмен олимпийского уровня, принесший своей стране славу на мировых аренах, должен оправдываться и доказывать, что он «такой же, как все». Он не такой, если бы он был «таким же», он не стал бы Олимпийским чемпионом.

Те задачи, которые я с детства ставил перед собой и которые я — пусть не в полном объеме, — сумел выполнить, требовали от меня полнейшего сосредоточения на тренировке и игре. Не думаю, что у многих получилось бы реализовать себя еще в каком-либо занятии и одновременно добиться хотя бы таких спортивных результатов, каких добился я.

Конечно, каким-то свободным от игр, тренировок и переездов временем мы располагали, и меня можно упрекнуть в том, что, находясь за границей, я тратил его на продажу икры, а не писал маслом этюды с натуры. По поводу приработка спортсменов я уже «давал объяснения», предложу лишь еще раз любому встать на наше место и отказаться от возможности повысить уровень жизни свой и своих детей, когда такая возможность появляется.