Читаем Белогвардейщина полностью

Большевики получили удары и в других местах. Несколько белых отрядов было отправлено на север, один из них, казаки есаула Бочкарева, занял Петропавловск-Камчатский. Кроме того, успех белогвардейцев под Хабаровском совпал с мощным восстанием в Якутии. Революция и гражданская война сначала задевали ее лишь краешком, с большой задержкой. Лишь 1 июля 1918 г. отряд «интернационалистов» Рыдзинского, присланный на пароходах по Лене, установил в Якутске советскую власть. Против него выступил казачий атаман Гордеев с белопартизанами, и вскоре большевистский отряд, попавший в засаду, был уничтожен. Уже 22 августа 1918 г. Якутск стал «белым». При крушении власти Колчака, в декабре 1919 г., его заняли партизаны, а весной 1920 г. сюда добрались советские и партийные органы. Поскольку Якутия не вошла в ДВР, а осталась в черте РСФСР, на нее обрушилось все сразу — национализация банков, торговых и промышленных предприятий, земли, продразверстка. Приехали и чекисты. Тут им, собственно, и "чистить"-то было некого, поэтому они принялись расстреливать малочисленную якутскую интеллигенцию и арестовывать всех, кто побогаче. И в 1921 г. Якутия восстала — благо ружьишки имелись у каждого охотника. Командующим «армией» из белопартизанских отрядов стал корнет В. Коробейников, якутские формирования возглавил учитель М. Артемьев. Победы Дитерихса, надежды на поддержку из Владивостока придали восстанию новый размах. Зимой 1921/22 г. в руках белых партизан оказалась почти вся Якутия. Советские гарнизоны везде очутились в положении осажденных. Повстанцы держали в кольце Якутск, крупную слободу Амга и другие населенные пункты, где еще удерживались красные.

Положение на восточных окраинах России стало для большевиков угрожающим. И первое, что решило сделать коммунистическое руководство, — это "укоротить поводок" ДВР, которая в самостоятельном виде так обделалась в войне против Владивостока. Главнокомандующий НРА Эйхе был снят. Он, правда, счел приказ, поступивший из "другого государства", неправомочным и начал было артачиться, но его просто арестовали, выслали из ДВР и отстранили от военной службы. Вслед за ним слетел и председатель правительства Краснощекое. Хотя он добросовестно проводил линию Москвы на создание демократической видимости и только при поддержке Москвы преодолевал сопротивление собственных соратников-коммунистов, теперь Москва "умыла руки", предоставив тем же соратникам-коммунистам громить его в пух и прах за «сепаратизм», "соглашательство" с эсерами и меньшевиками, за "буржуазные пережитки" в виде свободы печати и слова, за "стремление к личной диктатуре". Причем одним из главных обвинителей выступал премьер-министр Никифоров — видимо, пытаясь загладить собственный прошлогодний владивостокский сепаратизм. В итоге Краснощекое был смещен, отозван в РСФСР и переведен на хозяйственную работу.

Резко закручивались гайки и без того хиленькой демократии. Госполитохрана начала волну арестов «контрреволюционеров» и "белых шпионов", закрывались «вредные» газеты. А Никифоров в феврале распустил коалиционный кабинет министров и сформировал новый — "без соглашателей", сведя почти до нуля даже существовавшее жалкое представительство других партий (здесь можно заметить и связь с принятым 28.12.21 решением пленума ЦК РКП(б) о преследовании эсеров и меньшевиков).

Главнокомандующим НРА и военным министром ДВР был назначен Блюхер, переведенный из РСФСР. С запада на восток пошли и эшелоны с войсками. Это было тем более удобно, что в европейской части России свирепствовал голод, а теперь красные дивизии предстояло кормить ДВР. Как бы вместо отсутствующей на ее территории продразверстки. Сосредоточение мощной армейской группировки завершилось к февралю, и 5.02.22 Блюхер перешел в наступление. Преодолевая упорное сопротивление, он постепенно стал теснить белогвардейцев, и 10.02 его войска вышли к главной полосе их обороны у станции Волочаевка. Здесь, перегораживая дефиле между реками Тунгуской на севере и Амуром на юге шириной около 30 км, располагались несколькими эшелонами, на 18 км в глубину, линии окопов и 6 рядов проволочных заграждений. Особенно сильным был центральный участок у сопки Июнь-Корань, склоны которой защитники полили водой, превратив в ледяные скаты.