Читаем ББК84Р7-4 М17 полностью

Яд цикуты действует через пятнадцать минут. Через двадцать я уже должен начать задыхаться. Неужели еще не прошло пятнадцати минут?

Господи, Ты что, остановил время? Да ладно! Так не бывает! Остановленное мгновение — это метафора. Так не может быть на самом деле!

Нет времени думать. Вот слева ползет римлянин, полагает, я его не вижу. А я его вижу. Вот он, красавец. Получи! Не надо кричать! Твоя душа на небе будет потрясена, узнав, что ты был убит человеком XXI века. Тебе повезло, парень!

И тебе тоже повезло. Я уже привык махать мечом, меня так просто не возьмешь. Раз, раз! Прости, парень! Ты был убит человеком будущего, не удивляйся! Скоро встретимся!

Мой главный враг не вы, а жирный, липкий, отвратительный пот. Он мешает мне. Он превращает меня в слепца. А у меня даже нет времени его вытирать.

Ну, кто еще хочет попробовать силу простого полицейского комиссара XXI века?! Подходите, кто? Ну?..»

Бой кончился столь же внезапно, как и начался.

Римляне, поняв, что им не справиться, быстро отошли за подмогой.

Гард бросился в пещеру — пить рвотное. Хотя чувствовал он себя — странное дело! — вполне хорошо. Устал разве.

Ни Гард, ни Александр, ни Барак — да никто, кажется, в азарте боя не заметил, как один из римских воинов сумел прорваться в пещеру и ранить Михаэля.

Старик сумел защитить себя, воин остался лежать в пещере. Но рана Михаэля была смертельной. Он лежал на полу, истекая кровью.

- Я знал, что так будет, — услышал комиссар слабый голос старца. — Я знал.

Забыв про противоядие, Гард подбежал к Михаэлю, упал перед ним на колени, закричал:

- Барак! Ты же врач! Спаси его!

Барак не откликался. Может, его тоже убили?

- Не надо, — затухающим голос произнес Михаэль. — Смерть — не наказание, а избавление. Бояться смерти — значит не верить в Бога. Я благодарен тому, кто убил меня. Я знал, что так будет. Я благодарен...

Глаза старца начали закрываться.

Он дышал тяжело, тело его сотрясала агония.

Вдруг Михаэль открыл глаза и прошептал:

-Я уже пересекаю ту область... Между смертью и... Ну, ты понимаешь. Я скажу тебе, где Весть. Но запомни: найти ее можешь только ты. Только ты, — и никто другой. У другого не получится... Только ты, Гершен, должен отыскать Весть и передать ее Иисусу. Только ты... Ты... Ты один...

- Где искать, Учитель? — Слово это само вырвалось у комиссара. — Где, Учитель, скажи...

Пленка начала медленно покрывать глаза Михаэля.

-Весть! — едва не крикнул Гард. — Скажи, где Весть. Ты видишь Азгада? Спроси у него: куда он спрятал Весть?

-Азгад, — лицо Михаэля осветила улыбка. — Две.. Две... — голова его запрокинулась, глаза закрылись.

- Что две? Что? — закричал Гард.

Михаэль попал в область, находящуюся между смертью и вечным покоем, он видел Азгада, и Азгад открыл ему тайну. Только Михаэль уже не вернется из этой области и не сможет объяснить до конца, что имел в виду тот, кто спрятал Весть.

Разгадывать тайну придется ему, комиссару Гарду.

Что же такое — две? Чего — две? Две норы? Две лампы? Но вроде слова такого еще нет — два светильника. Но два — это не две.

А может быть, Азгад имел в виду две попытки? Кто их разберет, жителей обетованной земли, может быть, с первой попытки нельзя найти Весть, а со второй — можно?

Хорошо. Пусть так. Со второй попытки. Но где, где же искать?

- А может быть, там есть какие-нибудь две свечи? — услышал комиссар знакомый голос.

Обернулся. Барак.

- Во всяком случае, теперь мы можем идти туда и искать, — сказал он. — Михаэль услышал Азгада. И Азгад сказал ему, в чем тайна. Комната такая крошечная, там не может быть много чего «две». Мы найдем.

«Но как же яд? — вспомнил Гард. — Я ведь отравлен».

Он бросился к сосуду с рвотным средством. И снова услышал голос Барака:

- Уже не надо.

- Почему? — удивился Гард.

- Тяжелая физическая работа убивает яд, — объяснил Барак. — Когда бегунам на марафонскую дистанцию дают яд, они прибегают к финишу абсолютно здоровыми. А ты хорошо поработал в сражении. Битва тебя спасла. Все, что тебе надо сейчас, это искупаться в озере и поменять одежду, — Барак показал на трупы убитых. — Одежду здесь найти нетрудно.

Гард битый час пытался убедить Александра идти вместе с ним и Бараком.

Они найдут Весть. Потом найдут Иисуса. И Александр будет им помогать.

Михаэль ведь хотел, чтобы они нашли Весть? Хотел. Значит, если Александр пойдет с ними, он выполнит волю Михаэля.

Михаэль говорил про непредсказуемость Бога. Вот, пожалуйста, Бог совершил чудо. Какое? А разве то, что Гершен вылечился, не чудо? И то, что Михаэль узнал — ну, почти узнал, — где находится Весть, — разве это не удивительно? И разве может быть случайным тот факт, что Михаэль ушел именно тогда, когда надо отправляться за Вестью?

В общем, по всему так получается, что Александру надо с ними идти. Это и воля Бога, и воля Михаэля. В общем, воля...

Но Александр отказывался.

Тогда комиссар решил использовать последний, уже абсолютно разумный довод:

- Как ты не понимаешь, римляне ушли за подмогой. Они вернутся и вас всех убьют.