Читаем Балканские мифы полностью

Ночные гости

В некоторых балканских регионах верили в существование моры. Морой (или марой, маравой) становилась молодая незамужняя женщина, а иногда раскаявшаяся вештица. Она являлась к своим жертвам по ночам, наваливалась и, как правило, лишала способности шевелиться и дышать. Кровь не пила, и все же тот, к кому наведывалась в гости мора, оставался худым и бледным, даже если много ел.

Чтобы защититься от моры, можно было лечь спать опоясанным: пояс в целом считался вещью, наделенной магической силой[176]. Еще один способ — перевернуть метлу. Считалось, что в этом случае мора просто не сможет войти. Помогали также чеснок, ветка боярышника, острые предметы вроде ножа или бритвы, магический круг, отборная ругань и кукиш — универсальный жест, защищающий от злых духов, известный в этом качестве в ряде культур и регионов (в том числе на Руси). Нож, например, можно было бросить в сторону моры, и она застывала на месте в чем мать родила.

Считалось, что если девушка-мора выйдет замуж, то она станет вештицей.

Интересно, что морой могло быть и животное. Например, однажды вышло так: некий человек, измученный визитами злого духа, сел на коня и отправился куда глаза глядят. Ночевать он остановился у портного и рассказал ему о своей беде, а потом улегся спать. Портной продолжал работать и в какой-то момент услышал стоны путника. Он схватил свечу и увидел, что по плащу, которым тот укрылся, ползет, как змея, белая нить. Недолго думая, разрезал ее ножницами, которые сжимал в другой руке. Спящий тотчас же успокоился, а утром оказалось, что его конь умер прямо в стойле, потому что, как выяснилось, он и был морой.

Как еще защититься от моры? Дать ей невыполнимое задание, прочитав заговор:

…Не пролезет, не пройдетНи глыба каменная,Ни буря буйная,Ни метель снежная,Ни вдова-вдовица,Ни колдунья-колдуница,Пока не пересчитаетНа небе звезды,На дереве листья,На море песок,На собаке блох,На козе пушинки,На овце шерстинки,Да в меху ворсинки;А как пересчитает,Навоем обвяжется,Посохом упрется,В яичную скорлупу войдет,В морской пучине утонет… [177]

Стуха, как объясняет Павел Ровинский, — это еще одна разновидность вештицы, сравнительно безобидная. Она также пробиралась в дом через любую щелочку, но вредила лишь устройством повсеместного беспорядка[178].

* * *

Народная мифология или демонология — совокупность верований, которые так или иначе касаются разнообразных, чаще всего опасных соседей человечества. С демонологической точки зрения вселенная полна сверхъестественных существ, которые, с одной стороны, образуют пеструю и многоликую толпу, озадачивают несовпадением имен, моральной амбивалентностью и странным распределением функций. С другой стороны, каждое из этих созданий подчиняется определенной логике, которую можно понять.

Перейти на страницу:

Все книги серии МИФ. Культура

Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»
Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»

Захватывающее знакомство с ярким, жестоким и шумным миром скандинавских мифов и их наследием — от Толкина до «Игры престолов».В скандинавских мифах представлены печально известные боги викингов — от могущественного Асира во главе с Эинном и таинственного Ванира до Тора и мифологического космоса, в котором они обитают. Отрывки из легенд оживляют этот мир мифов — от сотворения мира до Рагнарока, предсказанного конца света от армии монстров и Локи, и всего, что находится между ними: полные проблем отношения между богами и великанами, неудачные приключения человеческих героев и героинь, их семейные распри, месть, браки и убийства, взаимодействие между богами и смертными.Фотографии и рисунки показывают ряд норвежских мест, объектов и персонажей — от захоронений кораблей викингов до драконов на камнях с руками.Профессор Кэролин Ларрингтон рассказывает о происхождении скандинавских мифов в дохристианской Скандинавии и Исландии и их выживании в археологических артефактах и ​​письменных источниках — от древнескандинавских саг и стихов до менее одобряющих описаний средневековых христианских писателей. Она прослеживает их влияние в творчестве Вагнера, Уильяма Морриса и Дж. Р. Р. Толкина, и даже в «Игре престолов» в воскресении «Фимбулветра», или «Могучей зиме».

Кэролайн Ларрингтон

Культурология
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже