Ошарашенный чудесным спасением Харитоша этим вечером ушёл в глубокий запой.

Несколько дней в рюмочной "Уёлочки", как гласила вывеска без пробела между предлогом и существительным, Харитоша зависал с любым встречным, цепляя его за локоть и приставляя вплотную к лицу свои остекленевшие глаза. Уедался согласно названию заведения.

– Это я заслонил Витьку! Дёрнулся, а доли секунды не хватило… Плечо только оцарапало.

И держался за плечо.

Арпеджио как домашнее задание

Мы подхватывали с блюда баранину на рёбрышках, несущую жар раскалённых углей до наших жадных губ, и неутомимо поглощали её в укор оставшихся на периферии овощей.

Мы – это Группа Управления Проектом из стран Азии и Востока.

Британцы и макаронники прятали глаза, а когда подымали их от стола, в них читалось приглашение на казнь. Бледными лапками с редкими чёрными волосками они таскали с круглых кромок травянистую зелень и желтушные кубики сыра, боязливо исследуя их на предмет скверны (не попалась ли капля жира).

Наш острослов ливанец Рамзи безмолствовал весь обед с тем, чтобы в конце подытожить:

Они едят, чтобы выжить, а мы живём, чтобы есть.

Когда-то он скромно заметил:

Вместо того, чтобы ничего не делать, давайте лучше будем счастливы.

Потому что жизнь – вот она, летит потерянным воробьём в искорёженной машине. И будет так лететь пятнадцать метров от встречного удара на трассе Е-95. Пуговицы на рубашке отскочили от непомерного удара, а руль подался назад и прижался к грудной клетке.

Вот так создатель даёт ещё один шанс.

В этой жизни всё безжизненно: факт неоспоримый, но требующий дальнейшей проработки.

В излучине этой реки безмятежный штиль и отвесный полдень, безусловно белый от июльского солнца. От этого в самой середине безмолвно кипит холодное серебро, отчего вокруг него недвижная вода кажется чёрной. В этом гигантском пятне зарождается и плывёт голос одинокой валторны, и вся картинка словно собирается крутануться вспять. Плоские, с отпрянувшими деревьями, берега в грозном ожидании, что в этом месте «Титаник» вдруг поднимется из пучины и возникнет на поверхности. Сначала появятся его винты, а затем вылезет на свет божий огромная корма.

Любовь – понятие экзистенциальное, поэтому мы пишем об этом на нашем асфальте.

Асфальт является нашей традиционной забавой.

Про асфальт у всех и каждого масса занимательных историй на пространстве бывшего СССР. Красота этого вопроса достигла высот изобразительного искусства в Сибири, где казах Тулеев наивно сделал лучшие за Уралом дороги, и теперь рубежи кемеровской области отслеживаются по дорогам: за границами области асфальт исчезает.

Один мой друг сказал: слухи о моей творческой несостоятельности неактуальны: это всё происки завистников – они по той же стороне, что и предатели. После этого он занял у меня большую сумму в долларах и не отдал.

Не мы выбираем работу, работа выбирает нас. Необходимо только помнить, что «минет» по-французски означает всего лишь «котёнок».

Нынешнее государственное устройство насаждает рабские условия труда. В реальности оно ничего не строит – только пилит бюджет.

Ничего не вкладывая.

По всей стране до сих пор на заводах ещё работает немецкое оборудование, полученное по репарациям от нацистской Германии после 1945 года. (Для справки: в Германии всё оборудование заменяется каждые пять лет).

У природы нет плохой погоды, это просто низкий уровень гемоглобина, а может быть, и недостаток магния.

Мы всегда будем думать, что лучше смотреть на пламенеющий закат сквозь виноградную лозу на побережье, чем на опалённую «вагонку» сквозь лист монстеры на собственном балконе. Но кроме мыслей у нас ничего никогда не будет.

Мы все ошибаемся, и как часто цена ошибки кажется непомерной! Иногда достаточно отыскать нужный номер телефона.

И это будет счастьем, что таких номеров окажется несколько, и все они – на связи.

Мы всерьёз думаем, что у нас в жизни что-то отнимают, а как мы сознательно сами себя ограничиваем? Отнимаем у себя самое дорогое, что составляет прелестную инкрустацию в закостенелой сущности бытия. Я, например, отказал себе в ежедневном бокале «гиннеса».

………………………………………………………………………………………….

На самом деле ты обидишь судьбу, если будешь в одиночку любоваться восходом солнца на разделительной полосе шоссе в шесть часов утра. Кто-то должен быть рядом.

Федеральная трасса на Махачкалу: мостки и мостики через ерики. Ерик Биштубинка! Абада-щ-ща-а… Ерик Яблонка и ерик Избной – это уже понятнее. Ерик Ножовский – это сюда ножик уронили, а ерик Хурдун: а что сюда уронили?!

Ты не поверишь, бывают дни, когда испытываешь страх перед кассой в супермаркете: одно слово «расплата» повергает в трепет. Хотя чаще всего приписываешь себе несуществующие грехи.