Читаем Бабочка полностью

— Хорош ты, — вид пьяного Гвоздя, да ещё с развязавшимся языком, ошеломил Матраса необычайно, — коней на переправе не меняют. Чего тебя так развезло-то, гражданин начальник?

— Я ж говорю — дембель у меня, — промычал Гвоздь. — Списали, крысы штабные, за борт выбросили. И ещё мне стыдно. Очень стыдно. Хендрикс, у тебя хоть и длинный язык, но сказал ты всё правильно. Всё правильно сказал. Нужно было мне вас отправить сюда, а самому по кустам пробежаться.

— Хрена лысого — либо все идут, либо никто, — хмыкнул Матрас. — Ну чо, с утра опять к Пансионату пойдём?

— Надо бы, — Хендрикс о чём-то задумался. — Вот правда, Гвоздь, ну фигня с этим лаборантом какая-то, согласись?

— Сам знаю, — Гвоздь опрокинул стопку водки. — Вот знаю, чую даже скорее, а что конкретно — понять не могу. Что-то больно много на нас за последние дни свалилось. Хорош трындеть — наливай.

Разлили ещё по одной. С кухни донёсся аромат готовящейся закуски. В ожидании её закурили. До момента явления вкусной и здоровой пищи для пьяных и больных на голову людей оставалась четверть часа. Над столом повисли молчаливые раздумья.

— Слышь, мужики, — Хендрикс закусил принесённой барменом Васей жареной Весёлой картошкой, — а ведь место-то само по себе необычное. Сколько хожу по Зоне, так ни разу не слышал, чтобы кто из сталкерья нашего про него рассказывал. Ну то есть рассказывали, но как предостережение, что нефига там делать.

— Думаешь прихабариться там можно? — в голосе Матраса появились нотки меркантильности. — Этот вариант можно рассмотреть.

— Вот чего сразу прихабариться? — Хендрикс прицелился на ещё одну картофельную дольку. — Сам же видел, что с артефактами там негусто. Но вот сам прикинь, чего народ этого места так избегает?

— Ты около Периметра артефакты искать попробуй, — Гвоздь разливал ещё по одной, — результат будет тот же, уверяю. Но пошарить там всё равно нужно. Непростое место действительно.

— Я вот думаю, — Матрас опрокинул стопку и закусил, — может стариков наших на эту тему порасспрашивать?

— Они с тебя денег слупят знаешь сколько? И не факт, что туфты не наплетут.

— Информация того стоит.

— Да нет по этому месту толком никакой информации, — присоединился к разговору бармен Вася. — Гниль там, ценного ничего нет и не было никогда. В Припяти есть ветеринарная клиника, только сами догадайтесь, почему она нах никому не сдалась. Лачуги вон вдоль периметра стоят и тоже никому не интересны.

— Ну ты, мужик, сказал, — с чавканием заметил Хендрикс. — То какие-то лачуги вдоль периметра, а то целый Пансионат, чуть ли не в середине Зоны.

— И что? Ему от этого площадкой для посадки НЛО становиться? Оказался он там, но хабара с той территории отродясь не таскали. Ну да, гермодверь в подвале, да только выбить её никому так и не удалось.

— А говоришь, что нет ничего.

— Много тебе толку с того? Без кода ты её не откроешь, а код никому не попадался. Думаешь, ты один такой умный, что ли? Пробовали уже. Три неправильных ввода ключа и замок блокируется на сутки. Сделана она так, что хрен ты её выбьешь взрывчаткой, потолок только обвалишь к херам себе на башку. Хочешь до седых мудей пароль подбирать — вперёд. А вот геморроя на задницу уже на подходе отхватишь оптом — собачки тот лес на свой брачный сезон облюбовывают, и я ещё про аномалии не говорю. Да и вообще в том районе дерьма хватает. Было б что там ценное — уже давно принесли, а так туда лет уже двадцать никто не ходит. На ночлег ещё встают иногда, но редко и большими отрядами. Где ж ты, Хендрикс, мотался, что про ближайшие окрестности свободовской территории ничего не знаешь?

— Не ставили меня на те ближайшие окрестности, — огрызнулся тот, — сразу на дальние ставить начали, а когда в вольных ходить начал — в те края не захаживал. Ты ж знаешь, что пью я мало, к тебе захожу редко, вот и прошли хохмы про то место мимо меня стороной. У тебя тут долговцев многовато, а у нас с ними генетически заложенная взаимонепереносимость.

— В прошлом у тебя эта непереносимость, но отмазка принята. А вот с заходами ко мне надо что-то делать, — усмехнулся Вася. — Предлагаю начать хотя бы с увеличения частоты посещений.

— Барыга, ой барыга, — Хендрикс покачал головой, — вот все вы, деляги, такие. Никогда выгоды своей не упустите.

Борщ не появился и на утро. Оценив расклад, Гвоздь прицепился с утра к бармену и настоял на том, чтобы проверить борщёв кабинет на наличие некоей записки. Вася поначалу попробовал от него отмахнуться, но достаточно быстро понял, что Гвоздь так просто не отстанет.

Записка, в которой говорилось о том, что буде заявится Гвоздь, то надлежит выдать ему всё, что попросит (с корявой припиской «почти всё»), обнаружилась лежащей на столе. Бармен начал было ворчать про «благотворительность», «сущее разорение» и кого-то выжившего из ума, но Гвоздь намекнул ему, что подобное трепетное отношение администратора Базы касается-де исключительно его команды и якобы за всё уплочено вперёд, дабы избежать дилеммы «пропить или не пропить».

— Гуляй, голытьба, — с довольным лицом взмахнул руками Гвоздь, — но в меру.