Читаем Автономность полностью

В конце концов Элиаш добрался до безымянного переулка; здесь искривленная и темная крыша находилась всего в нескольких метрах над головой. Мрачный и узкий переулок был тайным ручейком богатства; воздух здесь был очищенный и сладкий. Здесь стояли поблескивающие, ничем не примечательные контейнеры, вход в которые закрывали плотные занавески. Ряды контейнеров протянулись примерно на километр, после чего переулок заканчивался тупиком. В некоторых из них хранились более ценные и желанные товары, чем все то, что продавалось на Стрипе. Другие были плотно набиты отбросами, но достаточно молодыми и свежими, чтобы за них можно было выручить неплохую цену.

В Зоне Свободной Торговли запрещалось закабалять детей, но это происходило постоянно – иногда тайно, иногда случайно, и всегда жестоко. Именно в этом районе Элиаш начал свою карьеру по защите прав собственности; здесь он разыскивал тварей, которые торговали детьми младше шестнадцати. Это было непросто, ведь отличить детей от взрослых не всегда удавалось. Некоторым из выставленных на продажу детям в раннем возрасте давали «виве» – или они сами его принимали, – чтобы они выглядели как нежные мальчики и «лолиты». Двадцатилетние люди, похожие на тринадцатилеток, были товаром, разрешенным к продаже. Элиаш считал, что тот, кто торгует «поддельными» детьми, без колебаний продаст и настоящих, но власти города разрешали ему преследовать только отъявленных нарушителей закона, тех, кто импортировал товар из экономических коалиций, где были кабальные школы и нечетко прописанные законы о возрасте согласия – из тех стран, где можно было легко купить десятилетних чистильщиков крыш и четырнадцатилетних объектов фетишизации.

В этом переулке таких преступников было мало. Большинству еле-еле удавалось оставаться в рамках закона; это были те, кому приказывали следить за возрастом, но не делать это своей главной целью.

Элиаш добрался до первой точки своего маршрута. Место выглядело точно так же, как и во время его прошлого визита два года назад. Небольшая, красная с золотом вывеска над дверью гласила: «ИМПОРТНЫЕ ТОВАРЫ. ВЫСШЕЕ КАЧЕСТВО». Элиаш точно не знал, то ли это название магазина, то ли реклама его содержимого. Внутри воздух охлаждали очистители, один из которых был направлен на торс человека, спрятанного за туманной проекцией над столом.

– Рад, что ты еще здесь, Келвин, – сказал Элиаш.

Проекция испарилась, и показался маленький человек с аккуратно уложенными седыми волосами. Он сидел перед шкафом, набитым серверами; справа от него была дверь в демонстрационный зал, занимавший почти все пространство контейнера.

– Не могу сказать, что наши чувства взаимны, – сухо ответил человек. – Снова преследуешь законопослушных торговцев? Подозреваешь всех в торговле детьми? Или просто зашел в гости?

– Ищу парнишку по имени Тризед. Похоже, он один из твоих. – Элиаш переслал в проектор Келвина свой идентификатор. – Я больше не работаю на Вегас; это официальное поручение МКС. Так что загляни в свои подробные записи и скажи, не продавал ли ты парнишку по имени Тризед человеку, который, возможно, работает в Арктике.

– Эй, эй, успокойся. Ты же знаешь – мои записи открыты всем представителям закона. У меня все чисто.

– Заткни пасть и дай мне доступ к инфе.

Человек дернулся, затем сделал несколько быстрых движений руками над столом. Открылась плоская страница базы данных; пальцы Келвина провели поиск по значению «30» в столбце «МЕСТО НАЗНАЧЕНИЯ». Поля «ИМЯ» в базе не было. В воздухе повисли десятки результатов за последние пятнадцать лет.

Элиаш втянул их в свой мобильник для сохранности, затем пролистал список, висевший перед лицом Келвина. Он предположил, что Тризеда продали относительно недавно – вероятно, за последнюю пару лет: в семидесяти пяти процентах случаев рабы бежали от хозяев в течение первого года службы. Это значительно сократило список. Осталось шесть файлов: полоски текста, прикрепленные к крошечным фотографиям мальчиков из Азиатского Союза и Федерации. Их лица были намеренно нейтральными – слишком эмоциональных никто не покупал.

Все люди в списке Келвина выглядели моложе шестнадцати, но их анкеты утверждали, что это не так.

– Кто купил эти контракты? – спросил Элиаш, тыкая пальцем в фотографии.

Келвин открыл файлы, развернул их в воздухе движениями ладоней.

– Двое отправились на ферму на севере, – пробормотал он, просматривая данные. – Этого я недавно продал на молекулярный завод.

Элиаш указал на графу «ПОКУПАТЕЛЬ» для четвертого результата.

– Ты продал 45030 человеку по имени Псевдо Ним, у которого нет работы?

Келвин посмотрел на текст, прищурился.

– Покупатель только что уволился и искал новую работу, но удостоверение личности и кредитная история были в порядке. Не каждый контракт рассчитан на конкретную задачу. Люди постоянно покупают прислугу «за все». Мне вообще повезло, что я продал его контракт. Гаденыш оказался заносчивый.

Рука Элиаша сжалась на управлении периметром.

– Что это значит?