Девять часов утра. Они прибыли в «Сигнал», и к тому времени налет уже закончился. Двое хакеров, которые спрятались где-то под подушками в лофте, рассказали им всё. Громилы из МКС помахали у них перед носом чем-то похожим на международный ордер, выгнали всех из лаборатории и конфисковали всё оборудование, которое показалось им подозрительным – то есть почти всё. Джек получила официальное письмо из МКС о том, что имущество ей вернут после того, как будет установлено, для чего оно используется.

Полночь. Фокс-Пи2 была мертва – по крайней мере, они так полагали. Ее лабораторию взорвали. Официальные представители МКС уже говорили на новостных сайтах Федерации о том, что взорвалась лаборатория террористов, производившая наркотики. Дневник Фокс-Пи2 исчез с сервера. Люди, следившие за новостями науки, заметили это и немедленно разместили его копию на сайте радикалов в Анкоридже.

Три часа утра. Тело Лайлы превратилось в тень, заблокировавшую дверь их спальни. Кто-то бросил ее, завернутую в латекс, в квартире Джек и Лайлы. Теперь Лайла не занималась шестью делами одновременно. Не говорила о том, как изменит будущее. Не танцевала. Не красила волосы, не анализировала строение молекул, не разводила грязь на кухне, не целовала Джек. Не фосфоресцировала. Поэтому она, наверное, была мертва. Это было нелогично: ведь Джек всего несколько часов как узнала, что Лайле может грозить смертельная опасность – в том маловероятном случае, если Джек не уговорит ее выйти из ситуации, в которой ей может грозить смертельная опасность.

Джек уже наполовину спустилась по лестнице, когда взорвалась бомба. Она невольно обернулась и посмотрела, как горит все, что она любила. Зазубренный кусок керамики вылетел из дверей и прожег ей куртку. Возможно, он даже пробил ей сердце.

Пять часов утра. Каким-то образом они оказались в машине Фрэнки, на дороге, ведущей в Фес. Они бросили «Сигнал», бросили тело Лайлы. Фрэнки сказала, что им нужно бежать из города. Джек с трудом могла на что-то реагировать. На ее шее и груди была липкая повязка, восстанавливающая ткани. Обхватив руками согнутые колени, Джек прижалась к ним лицом и чувствовала, как из закрытых глаз слезы текут по внутренней поверхности бедер.

– Что я буду делать? – спросила Джек, раскачиваясь взад-вперед на бугристом пластиковом сиденье.

Фрэнки бросила на нее взгляд, после чего снова уставилась на пыльную дорогу.

– Выживать, вот что.

Джек еще не могла полностью смириться со смертью Лайлы и поэтому стала обдумывать причинно-следственные связи. Почему Лайла решила начать проект вместе с Фокс-Пи2 вместо того, чтобы и дальше работать с Фрэнки? Почему Лайла вообще не рассказывала ей об этом? Почему она подвергла себя такой опасности?

Даже несколько десятилетий спустя Джек задавала себе тот же вопрос: пыталась ли Лайла уничтожить себя, исполнить какое-то безумное пророчество? Эти мысли по-прежнему сводили Джек с ума. Она подошла к футону с мобильником в руке, твердо намереваясь посмотреть фильм, вместо того чтобы думать о событиях прошлого, которые она не в силах изменить.

Лежа в своем убежище, Джек пыталась представить себе более старые преступления, чем те, которым она стала свидетелем – убийства, которые произошли в этом самом тоннеле двести пятьдесят лет назад. Возможно, что кровь, пролитая людьми предыдущих поколений, помогала жить с тем, что она испытала. А может, делала только хуже.

16: Дорога № 3

13 июля 2144 г.

Паладин чувствовала, что Ли проявляет повышенный интерес к ее специализированной руке. Он написал для нее особые программы, даже дал ей несколько бета-датчиков для кончиков пальцев, которые симулировали вкус. Она испытала новые драйверы, поняла, что может обнаруживать ароматы в воздухе и делать мелкие движения пальцами. Паладин почувствовала, что изменилась, и была вынуждена признать, что сбита с толку.

– Я не понимаю, как это поможет мне выполнить задание, – сказала она.

Ли ухмыльнулся и пощекотал ладонь ее новой руки.

– Иногда мы делаем сложные вещи, чтобы просто доказать, что мы это можем. Новые функции вряд ли тебе повредят и, возможно, когда-нибудь пригодятся.

– Способность различать вкусы не кажется мне полезной, если я не могу есть.

Робоадмин внезапно посерьезнел и отложил паяльник. После того как он установил в нее симулированный ключ автономности и перезагрузил ее перекомпилированный мозг, прошло примерно три часа. Взломав руку Паладин, он просто убивал время, чтобы она могла приспособиться к новым условиям.

– Как ты относишься к своему заданию?

– Мне бы хотелось поскорее начать. Если о произошедшем в Касабланке станет известно, моя цель в Ванкувере может исчезнуть еще до того, как я туда приеду.

Ли решил, что не будет следовать инструкциям, которые поступили в файле вместе с ключом автономности.