Читаем Avrora (СИ) полностью

Переливчатый полицейский свисток...

-- ...Не дай Круг никому подойти ко мне меня заметить, - Несется Ефейка прямо на Городового в белом. Тот пытается вместе с дворником ухватить её. Но девчонка с криком: "Аминь!" - двумя ногами прыгает еще в одну лужу, выдавая тучу брызг на белоснежный китель, городовой испуганно пятится, а Ефейка ныряет в подворотню.

Тугодум извозчик с надеждой на заработок еще смотрит на девушку, которую уводят подоспевшие "котелки".

Городовой отряхивает китель.

Дворник вытирает фартуком лицо от грязных капель из лужи.

-- Бомбистка, -- доносится тихий шепот от прилавков.

-- Ироида Семеновна Суконская, -- стучит карандашом по столу следователь в гражданском с пушистыми усами рассматривая справку подаренную Хитрованом, -- Ну что же, рассказывайте, сударыня, откуда у вас этот документ?

-- Скажите сначала, за что меня задержали? -- рассматривает Ирэн мужчину.-- А сами как думаете? -- улыбается тот, -- Нас многое интересует. Например, как это покойницы восстают из мертвых. - Ирина молчит. - Кстати! Вы же вовсе не Ирка "Легенда", хотя на фото и похожи, -- машет он бумажкой, -- Да только молодые девицы всегда на один манер. Приметы-то важные отсутствуют. Где у вас, например, косой шрам от бритвы на левой руке? Ну? А родимое пятно в форме яйца на лопатке? Может, посмотрим?

Ирэн не тушуется под пристальным взглядом следователя, а тот смотрит не отрываясь.

-- Не хотите говорить, -- со странной удовлетворенностью в голосе прерывает он "дуэль", -- Дело ваше. Только готовьтесь, сударыня, тогда пороху нюхать. Я оформляю сейчас необходимые документы и марш-марш вас к жучкам. Знаете, что там с молодыми красавицами делают? -- Ирэн молчит, не шевелится, откинувшись на спинку стула. -- Ну что вы за экземпляр? -- в сердцах подпрыгивает на стуле следователь, -- А может прав господину полицмейстер и нельзя либеральничать. Вот я всегда был против битья, а Вы ничего прояснить для меня не хотите. Пользы от этого только вашим сокамерницам, а самой вам прямой убыток...

-- А кто такой Зубатыч? -- Неожиданно прерывает девушка монолог следователя.

-- Что? -- опешивает следователь.

-- Ну, Зубатыч? -- переспрашивает девушка.

-- Может Зубатов? -- поправляет чиновник, удивленно рассматривая её, будто некий диковинный экземпляр. Та кивает, -- Извольте - Зубатов Сергей Васильевич. Начальник особого отдела департамента полиции России, - значительно тычет он пальцем куда-то наверх.

-- Буду говорить только с ним, -- твердо говорит Ирэн.

-- Эка,-- смеется и покручивает ус следователь, -- Где же я возьму-то его в Ойске? Да и про что вы говорить с ним будете?

-- Государственная тайна, -- наклоняется к столу девушка.

-- А может Государево дело? - оживляется следователь, - Странно говорите... Вы из какой губернии? - Девушка молчит. -- В политику вляпались дальше некуда. А с ворами этими? - машет он бумажкой с фотографией Ирки "Легенды", - Вы же никакая не уголовница, а держат они вас за свою! Почему?

-- Буду говорить только с Сергеем Васильевичем Зубатовым, -- уверенно говорит девушка, -- Вы не поймете.

-- А попробуйте, -- мягко улыбается мужчина и неожиданно ставит на стол статуэтку Ленина, которая лежала в корзинке у Ирэн. Испытующе смотрит на девушку.

-- Поли-и-итика, - говорит он значительно, чуть проворачивая статуэтку в пальцах, - С каких это пор революционеры средней руки бюсты себе отливают?

-- Говорю не поймёте, да и в психушку не хочется.

-- Да я вот после этого, - еще раз выразительно показывает он бюст, - Во что хотите, поверю...

-- Ну, хорошо, -- устало откидывается на спинку стула девушка и устало чуть прикрывает глаза, -- Хотя все равно не врубитесь... - обреченно досадует Ирэн.

Следователь молчит, скрестив руки на столе, и постукивает карандашом как в самом начале разговора.

-- Какое сегодня число? -- спрашивает Ирэн.

-- Завтра Пасха, -- улыбается следователь, -- Грех не знать.

-- Ну, так звоните в Бессарабию! Прямо сейчас! -- выпрямляется на стуле Ирэн, -- В Кишиневе уже распущен слух, что Царь секретным указом разрешает грабить евреев три дня после пасхи. Если не подготовитесь, будет страшный скандал по всей Европе. Трупы, калеки.

-- Что такое звонить? - раздраженно говорит следователь, - У меня что, Бессарабия на окраине города что ли. Телеграфировать другое дело. - Следователь встаёт и начинает ходить туда-сюда, покручивая ус.

-- Значит погром в Кишиневе? -- деловито-задумчиво ухватывается он за подбородок, сев обратно на стул, -- Всколыхнется значит ситуация с мальчиком. Ну, говорите-говорите, - поторапливает он.

-- Не знаю ничего про мальчика, -- отвечает Ирэн, -- А что погром будет -- точно.

-- С него-то все и началось, -- легко встает мужчина и сразу становится ясным, что тон плохого следователя был наигран, -- Именно с русского мальчика, убитого в Дубоссарах.

В кабинете зависает молчание, а следователь снова садится за стол и задумчиво крутит в руках статуэтку.

-- Двойственное чувство, - поднимает он глаза от статуэтки, - Если информация подтверждается, Вы - клад для оперативника, зато Пасха насмарку, а если нет...