Читаем Аве, Цезарь полностью

Волоча за собой телефонный шнур, Кpyc подошел к бару, чтобы налить себе очередную тройную порцию живительного напитка. Услышав звон бокала, у его ног появилась Изабелл, заискивающе помахивая хвостиком.

- Иначе повторится история с Россом, Зотосом и злым духом! - рокотала телефонная трубка.

Внимательно отмеряя в мензурку две порции для Изабелл, Крус скорее констатировал, чем спросил:

- А вы хотите, чтобы повторилась история с Гаррасом?

- Не надо быть таким злопамятным, детка, - в басе Фоббса послышалась отеческая интонация. - Я запретил тебе заниматься делом Гарраса в твоих же интересах. Ты зашел тогда в слишком высокие сферы и, свалившись оттуда, сломал бы шею не только себе, но и мне.

С отеческой улыбкой Крус наблюдал, как Изабелл лакает свой ужин.

- Откуда у вас уверенность, что Цезарь и компания не причастны к этим высоким сферам?

Трубка помолчала, вероятно, такой поворот событий не был предусмотрен Фоббсом, затем загрохотала с новой силой:

- Я никогда ни в чем и ни в ком не уверен, детка! Даже в самом себе! Иначе меня бы не держали столько лет шефом апримской полиции!.. Цезарь или тот, кто выступает под этим именем, - убийца, мы должны найти его и посадить на электрический стул. А какие там сферы он представляет, меня не касается. По крайней мере, на данном этапе!.. Но по-моему, он просто маньяк, иначе зачем ему убирать без разбору лидеров всех мастей?.. Ты слушаешь меня, детка?

- Слушаю, - лениво протянул Крус.

- Но маньяк необычайной изобретательности, я бы сказал, гениальный маньяк. И ты найдешь его, детка. Если в ближайшие дни убийца не будет найден, наша песенка спета, детка!

Крус взглянул на стенные часы и понял, что пора спать.

- Извините, шеф, - бесстрастным голосом произнес детектив, - но я даже не знаю слов вашей песенки, и мне, право же, наплевать, будет ли она спета и если да, то в чьем исполнении. Кроме того, у меня болят зубы, шеф.

- Попадись ты мне сейчас, детка, я навсегда бы вылечил твои молочные зубки!

В трубке раздался треск, видимо, проломленного стола. С минуту слышалось лишь грозное сопение Фоббса.

За это время Крус, зажав трубку между щекой и плечом, выдвинул из стены две кровати - большую и маленькую. На последнюю тут же прыгнула Изабелл. Но Крус решительным жестом заставил ее спуститься и тщательно вытереть ноги о коврик.

- Ладно, - в голосе Фоббса слышалось глухое отчаяние. Значит, отказываешься помочь старику?

Укладываясь с телефоном в большую кровать, Крус спокойно ответил:

- Отнюдь... Я даже кое-что обдумал, пока вы своим изящным кулаком испытывали столешницу на прочность...

- Не тяни из меня жилы, детка! - взмолился Фоббс.

- Свяжитесь с телевидением, пусть "Камера обскура" предоставит вам видеозапись.

- Я уже распорядился, детка. Ведь "Камера обскура" является, так сказать, главным свидетелем обвинения...

- В равной степени и защиты, шеф. Возможно, и не только свидетелем...

- Ты на что-то намекаешь, детка?

- Как только получите видеозапись, тщательно изучите, является ли она идентичной первичному живому изображению.

- Что ты хочешь сказать, детка?

- Что копия всегда хуже оригинала, шеф, - Крус взглялул на притихшую Изабелл и перешел на шепот: - И еще я хочу пожелать вам покойной ночи. Изабелл только что уснула, а у вас такой голос... Знаете ведь, какой чуткий сон у малышки...

- Знаю, - обиженно проворчал Фоббс, - как у собаки.

Услышав последнее слово, детектив тоже обиделся и бросил на постель телефонную трубку, из которой еще продолжал доноситься рокот.

Крус склонился над Изабелл и поправил на ней одеяло. Сонная собачонка благодарно лизнула ему руку.

- Только без нежностей, - с напускной строгостью проговорил Крус. - Это расслабляет служителя абсолютного правосудия.

Изабелл угрожающе зарычала.

Крус одобрительно кивнул:

- Вот в таком духе. Покойной ночи, малышка.

Он поднял с постели трубку, не слушая, шепнул в нее:

- Я отключаюсь. Все!..

И, опустив ее на вилку, стал раздеваться.

Стенные часы пробили десять раз.

Перед тем, как уснуть, Крус еще раз прокрутил в памяти сцену убийства Бесса. У него было такое ощущение, что в видеозаписи чего-то не хватает, пропущен какой-то кадр, важный, если не решающий для будущего следствия. При мысли о следствии у Круса действительно заныл зуб мудрости... Стоп! Вот он, этот исчезнувший кадр! Представим его еще раз... Да, сомнения быть не могло, это он!..

Когда сразу же после убийства все устремились к трибуне, в левом верхнем углу экрана Крус заметил фигуру, бежавшую от трибуны. И именно этот кадр "Камера обскура" утаила при повторном показе...

Верный давней привычке - наводить перед сном порядок в своих дневных впечатлениях, - Крус попытался также вспомнить, кому принадлежит бархатный баритон, известивший его о "небольшом сюрпризе"... Кажется, он слышал его прежде, но где и когда? Нет, в фонотеке его памяти такового вроде бы не значилось, хотя, если хорошенько порыться в архивах подсознания... А почему, скажите на" милость, он должен там рыться?...