Читаем Атомный аврал полностью

Квашнин для удобства лег на свинцовую защиту и начал медленно опускать трос. Лицо его выражало старательную напряженность.

— Захватил, кажется, — комментировал он свои действия. — Идет, сука! По весу чувствую…

Дозиметрист фиксировал рост фона и предложил штабным отойти подальше от ячейки.

Через несколько секунд над горловиной показалось грузило. Затем присоска и прилепленный к ней плоским основанием серебристо-черный блочок. Дозиметрист отпрянул в сторону, глядя на зашкаливающий прибор. Но Володя Квашнин не спешил. Не дай Бог сейчас, в самый ответственный момент, потерять блочок. Квашнин перехватил тросик правой рукой в толстой брезентовой перчатке поближе к грузилу и, приподняв блочок над уровнем пола на 10–15 сантиметров, начал медленно поворачивать его, заваливаясь на бок, в сторону мягкой подстилки на поддоне. Уложил блочок аккуратно боком. Острой деревянной лопаточкой отсоединил его от присоски. Не торопясь, Квашнин разогнулся, как бы фиксируя окончание театрального действия, и только потом отбежал в сторону, подальше от источника невидимых смертельных лучей. Курчатов с сияющим лицом пожал руку механику. Ему теперь было что сказать в СК. «Пожалуй, справимся таким образом», — подумал он про себя и молча пошел на выход из зала. Штаб удалился на совещание. Через час ремонтникам передали распоряжение Славского срочно изготовить двадцать комплектов приспособлений для извлечения блоков.

«г. Москва, Кремль. Строго секретно

18 февраля 1949 г. (Особая папка)


По сообщению т. Ванникова


I. О ходе работы агрегата «А»

1. В целях предотвращения в дальнейшем преждевременной коррозии технологических труб и обеспечения более эффективной работы агрегата «А» (с повышенной мощностью) принять предложение т. т. Ванникова, Завенягина, Курчатова, Мещерякова, Музрукова и Славского:

а) о замене всех технологических труб с односторонним анодированием на технологические трубы с двухсторонним анодированием поверхности труб и

б) о ревизии и профилактическом ремонте всех доступных узлов агрегата.

2. Обязать т. т. Ванникова и Курчатова в двухнедельный срок представить в Специальный комитет мероприятия:

а) по разработке новых методов покрытия блоков А-9 для предохранения блочков от возможности попадания влаги и «распухания»,

б) по сокращению содержания хлоридов в охлаждающей агрегат воде,

в) по изготовлению технологических труб с присадкой бериллия.

3. Принять к сведению заявление т. Ванникова, что все выявленные в процессе эксплуатации агрегата «А» конструктивные недочеты учтены в задании по проектированию агрегата «АВ».

4. Для решения на месте (совместно с акад. Курчатовым и директором комбината т. Музруковым) всех вопросов, связанных с заменой труб, ревизией и профилактическим ремонтом завода «А», а также по пуску завода «Б» и подготовке к пуску завода «В» командировать на комбинат № 817 т. Ванникова.

После возвращения т. Первухина командировать на комбинат № 817 для этой же цели и т. Завенягина…

Председатель Специального комитета при Совете Министров СССР

Л. Берия».

Курчатов вернулся из Москвы хмурый и подавленный учиненным разносом. Обещал там, что примет все меры к сохранению урана для новой загрузки. Сроков не называл. Обязали докладывать ежедневно.

В. Ларин. «Комбинат «Маяк» — полвека проблем»:

Перейти на страницу:

Похожие книги

История одной деревни
История одной деревни

С одной стороны, это книга о судьбе немецких колонистов, проживавших в небольшой деревне Джигинка на Юге России, написанная уроженцем этого села русским немцем Альфредом Кохом и журналистом Ольгой Лапиной. Она о том, как возникали первые немецкие колонии в России при Петре I и Екатерине II, как они интегрировались в российскую культуру, не теряя при этом своей самобытности. О том, как эти люди попали между сталинским молотом и гитлеровской наковальней. Об их стойкости, терпении, бесконечном трудолюбии, о культурных и религиозных традициях. С другой стороны, это книга о самоорганизации. О том, как люди могут быть человечными и справедливыми друг к другу без всяких государств и вождей. О том, что если людям не мешать, а дать возможность жить той жизнью, которую они сами считают правильной, то они преодолеют любые препятствия и достигнут любых целей. О том, что всякая политика, идеология и все бесконечные прожекты всемирного счастья – это ничто, а все наши вожди (прошлые, настоящие и будущие) – не более чем дармоеды, сидящие на шее у людей.

Альфред Рейнгольдович Кох , Ольга Михайловна Лапина , Ольга Лапина

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.)
Хроника белого террора в России. Репрессии и самосуды (1917–1920 гг.)

Поэтизируя и идеализируя Белое движение, многие исследователи заметно преуменьшают количество жертв на территории антибольшевистской России и подвергают сомнению наличие законодательных основ этого террора. Имеющиеся данные о массовых расстрелах они сводят к самосудной практике отдельных представителей военных властей и последствиям «фронтового» террора.Историк И. С. Ратьковский, опираясь на документальные источники (приказы, распоряжения, телеграммы), указывает на прямую ответственность руководителей белого движения за них не только в прифронтовой зоне, но и глубоко в тылу. Атаманские расправы в Сибири вполне сочетались с карательной практикой генералов С.Н. Розанова, П.П. Иванова-Ринова, В.И. Волкова, которая велась с ведома адмирала А.В. Колчака.

Илья Сергеевич Ратьковский

Документальная литература