Как ни странно, бой еще продолжался, притом удача изменила волосато — чешуйчатому альянсу. Чудовища так и не смогли реализовать численного преимущества и гибли, как тараканы под подошвой старого тапка. Земляной пол был усыпан обломками мебели, черепками посуды, мертвыми телами и их отдельными фрагментами, притом уже было не разобрать, где человеческие останки, а где тела чудовищ. Нападавших стало значительно меньше, точнее, осталось всего трое. Вутеры устали, а между ними быстро крутилось неутомимое веретено в обрывках кожаной куртки и овечьей шкуры. Палиону еще никогда не доводилось видеть такой поразительной скорости и странной техники рукопашного боя. Рыжеволосый, с ног до головы перепачканный кровью, ловко увертывался от ударов когтей или парировал их встречными ударами точно по кистям противников, потом бил сам — кратко, отрывисто, сильно. Его с виду обычные руки обладали каким-то магическим свойством. Пальцы проникали сквозь толстую кожу или бронированную чешую и вырывали кости, при этом даже не повреждая мышечных тканей.

«Наверное, это и есть тот самый колдун, которого разыскивает Орден, — догадался Палион и попятился к выходу. — Черной магии, конечно, не бывает, впрочем, как и белой, но лучше мне убраться отсюда!»

— Не спеши, разговорчик имеется, — произнес почти по слогам запыхавшийся Вебалс, вырвав и небрежно откинув в угол позвоночник последней твари. — Ты на болото идешь, могу проводить.

— Не волнуйся, я как-нибудь сам доберусь, — пытался вежливо отказаться от услуг добровольного проводника майор, но перед его глазами быстро промелькнула тень, и в ворота рядом с ухом разведчика вонзился еще кровоточащий обрубок черной волосатой кисти оборотня.

— Мне по пути! — произнес Вебалс из рода Озетов и зловеще ухмыльнулся окровавленным ртом.

По — видимому, в бою чернокнижник пользовался не только убийцами — пальцами.

Глава 4

ТАЙНА РОДА ОЗЕТОВ

Пожар — красивое зрелище, в особенности если горит не твой дом и твоя собственная жизнь находится в безопасности. Ярко — красное пламя жадно пожирало стены деревенского амбара и вздымалось ввысь, в черноту звездного неба. Огонь очищает и заметает следы, он верный союзник тех, кому есть что скрывать.

Сняв с себя разорванную в клочья овчину и разрезанную когтями кожанку — безрукавку, Вебалс бросил одежду в огонь и застыл с печальной улыбкой на лице, наблюдая за детищем рук своих, пожаром, охватившим не только разгромленное пристанище нежити, но и всю деревню. Сначала языки пламени лизнули крышу церквушки, затем поднявшийся ветер помог им перекинуться на дома по соседству, а через четверть часа округа превратилась в огромный костер, который некому было тушить.

Крестьяне скрывались в лесу, визит рыцарей Ордена напугал любителей рискованных компромиссов. Они не вернулись, когда в разгромленном амбаре затихли последние звуки сражения, не вышли из леса, и когда запылали дома. Вебалс знал, что делал. Он не только очистил деревню от скверны, но и преподал трусливым крестьянам хороший урок. «Бобровые Горки» будут отстроены вновь, но их жители уже никогда и ни за что не пойдут на сомнительные соглашения, не предадут род людской и не станут безвольными слугами чудищ. Голод, нищета, лишения и приближающаяся зима без крыши над головой — хорошие учителя для трусов, не внемлющих языку чести и разума, а понимающих лишь силу и основанные на страхе запреты.

— Деревушку не жаль? — поинтересовался Палион, почему-то не чувствующий ни страха, ни отвращения, находясь в компании бессердечного колдуна.

— Не-а, — спокойно ответил Вебалс, даже не повернув головы. — Они заслужили. Глупцов учат кнутом, жестоко учат, а иначе толку не будет.

— Хоть бы церквушку пожалел, — проворчал себе под нос разведчик, осматривая необычайно легкий и острый трофейный меч.

— А зачем? Самое бесполезное заведение, — хмыкнул колдун, на сей раз удосужившись повернуться к собеседнику лицом. — Духовники должны служить людям, а не богам, воспитывать в ожесточенных суровой жизнью душах любовь и уважение к ближнему своему, помогать запутавшимся и сбившимся с пути решать сложные этические задачи, а они лишь псалмы горланят да деньги дерут. Извини, совсем забыл, по праздникам еще убогих по головкам гладят да милостыню раздают. От

прихода этого крестьянам ни зла, ни добра не было, бесполезное здание. Вообще хватит трепаться, пошли!

Вебалс развернулся и, подав знак Палиону следовать за ним, направился мимо полыхающих строений к опушке леса. Он ни разу не обернулся, как будто знал, что новый компаньон не сбежит и не ударит в спину. Поначалу Лачек подумывал о побеге, но в ходе недолгих размышлений отбросил эту затею и поплелся следом. Колдун был единственным, кто предложил ему услуги проводника. К тому же, если Вебалс замыслил недоброе, то убил бы его еще в амбаре и не стал бы оставлять попутчику — пленнику меч, тем более такой, разрезающий шкуры чудовищ, как столовый нож теплое масло. Обдумав возможные последствия совместной прогулки, Палион ускорил шаг, но смог поравняться с провожатым лишь у опушки леса.