Читаем Атлантида полностью

…Сообщение о пропаже мотоциклистов пришло в комендатуру Новодолгино почти одновременно с донесением об исчезновении машины офицера штаба охранного батальона.

Комендант не спешил предпринимать какие-либо шаги, по опыту зная, что зачастую пропавшие спустя некоторое время находятся сами. А причины исчезновения могут быть самыми тривиальными.

Он сделал запрос в часть, где служили мотоциклисты, потом позвонил в штаб батальона и довел до тех свое мнение. А сам на всякий случай отправил в район взвод под командованием обер-лейтенанта Уншлихта. Приказал проверить соседние деревни и прояснить обстановку.

А еще через час ему доложили — в Отвырево уничтожена группа щуцполицаев, обеспечивающих отправку партии рабочих в Германию.

Поняв, что ситуация явно выходит из-под контроля, комендант приказал выслать подкрепление взводу, а потом позвонил начальству. На тот случай, если партизаны начали крупномасштабную операцию, он хотел получить поддержку авиации и бронетехники.

Если бы высланная из райцентра усиленная разведгруппа обнаружила разгромленный пропускной пункт минут на пять позже и хоть немного промедлила с сообщением начальству, братва смогла бы вполне спокойно проскочить оставшиеся

километры до поворота на лесную дорогу и мирно разминуться с взводом Уншлихта, ехавшим навстречу на грузовике.

Но на беду обер-лейтенант уже был осведомлен о нападении на пост и гибели специальной группы гестапо. Он получил приказ проверять любой транспорт на дороге и задерживать всех, кого обнаружит неподалеку от леса.

Поэтому, когда БТР на полной скорости вылетел из низины, парни увидели стоящий поперек дороги грузовик и десятка два солдат возле него. Еще несколько человек окружили высокого офицера, что-то объясняющего подчиненным.

Вид немцев, их количество и действия говорили об одном. Это — комитет по встрече. И выехать за счет формы и наглости больше не удастся. А раз так…

— Гранатами! — предложил Артем. — Потом давим огнем и отходим к лесу.

Олег хлопнул сидящего за рулем Виктора по плечу.

— Притормози, но не останавливайся. Как вдарим, сразу сворачивай на обочину и гони вперед.

— Угу.

Из группы стоявших ближе всех солдат отделился один, с погонами унтер-офицера, и поднял руку, предлагая бронетранспортеру остановиться. Витя послушно сбавил скорость, немного выворачивая влево, чтобы было удобнее уйти в сторону.

Артем оценил расстояние до немцев, нашел его подходящим и крикнул:

— Давай!

Он и Герман разом швырнули по две гранаты, метя в стоявших кучкой солдат. А потом еще по две. Серия взрывов отстучала, как очередь из автомата. Не ожидавшие такого, немцы попадали на землю. Большая часть — убитыми и ранеными, остальные — в страхе прячась от осколков. И тут же Олег выдал длинную очередь, полосуя машину вдоль борта.

Ему помог Артем со своим StG, а чуть позже присоединился Герман со вторым пулеметом. Ошалевшие от внезапного нападения немцы толком не смогли организовать ответный огонь, и БТР беспрепятственно погнал вперед. И только когда он миновал грузовик, вслед ударили несколько очередей.

Обер-лейтенант уцелел случайно — стоял за грузовиком и когда начали греметь взрывы, упал в канаву. Рядом с ним попадали трое солдат. Они-то и открыли огонь по удиравшему БТРу, но безрезультатно. Противник ускользнул.

Уншлихт выскочил на дорогу, выпуская из МР весь магазин, потом громко выругался и приказал вызвать комендатуру. На лежавших тут и там солдат внимания не обращал. Подсчитать потери будет время.

— Господин обер-лейтенант, — окликнул его солдат. — Радиостанция разбита. Связи нет. И машина сломана.

Уншлихт помянул чертей. Не зная, что предпринять, переводил разъяренный взгляд с машины на дорогу и лихорадочно искал решение. Немногие уцелевшие солдаты оказывали раненым посильную помощь и сносили в одну кучу убитых.

— Куртц, — приказал Уншлихт. — Бегом на пост. Доложишь о нападении. Скажешь, бронетранспортер странной конструкции поехал в направлении деревни Липатовка. И вызови медиков.

— Но господин, обер-лейтенант, — попробовал возразить солдат, — до поста пять километров.

— Бегом, я сказал! У нас нет другой возможности вызвать помощь.

— Есть, — нехотя ответил тот и стащил с головы каску. Бежать в ней тяжело.

— Оставь оружие. Мешать будет.

Куртц отдал МР товарищу, вздохнул и вышел на дорогу. Но бежать никуда не пришлось. Из-за поворота выскочил грузовик с высланным комендантом усилением. Они слышали шум боя и поспешили сюда, но немного опоздали.

Уншлихт оставил с убитыми и ранеными двух солдат, а сам с остальными присоединился к погоне. Кроме чувства долга его вела ненависть к врагу и злость на себя за столь явную ошибку.

…Комендатура и командование расположенных в области немецких частей, получив одно за другим несколько сообщений о нападении на посты, деревни и разгроме отдельных групп солдат и сотрудников гестапо, всполошилось. Налицо была явная спланированная акция партизан и диверсантов русских. Какую цель те при этом преследовали, не было ясно, но позволять противнику свободно действовать на подконтрольной территории немцы не могли.