Читаем Астровитянка полностью

– Существа такого уровня могущества могут легко инициировать жизнь на других планетах, хотя здесь опять-таки возникает сложнейшая проблема – можно ли заселять привнесённой чужой жизнью планету, тем самым лишая её естественного пути.

– Они могут насаждать не чужую жизнь, а просто ускорять естественное развитие местной жизни.

– Может, и жизнь на Земле была инициирована или ускорена?

– Это не исключено. Но ведь мы не обижаемся на этих инициаторов?

– Задним числом – нет, не обижаемся…

Теперь Майкл потянулся налить кофе, а Никки отпила из стоящей перед ней полной и немного остывшей чашки. Бросила в чашку лимон, помешала и подогрела содержимое чашки.

– Странно, что вот так спокойно, попивая кофе, мы с тобой решаем – ну или хотя бы пробуем решить – судьбы триллионов цивилизаций на многие циклы Вселенной вперёд.

– Все новые дела сначала выглядят странно, а потом становятся рутиной. Кстати, по мнению экспертов, факт обнаружения инопланетного «Шара» заметно увеличивает число возможных разумных рас в отдельном цикле Вселенной. В каждой галактике может развиться порядка миллиона разных цивилизаций.

– Впечатляет, особенно если учесть, что самих галактик тоже сто миллиардов. Космические ангелы… Хм… Состоящие из гравитационных и электромагнитных полей, засеянных элементарными частицами… Размером с Землю или Солнечную систему…

– Может, они уже существуют.

Никки громко крикнула:

– Эй, гравитационные ангелы, если вы нас слышите! Откликнитесь, иначе вскоре наши ангелы будут вам мешать.

Тишина.

Майкл пожал плечами:

– Я полагаю, мы можем стать первыми производителями или творцами ангелов. Ведь кто-то всегда становится первым – почему же не мы?

Никки задумчиво рассматривала идею Майкла с разных сторон.

– В отсутствие гормональной мотивации жизнь космических ангелов может быть очень скучна: у них нет любви, страха смерти, радости победы над соперником. Нужна какая-то мотивация их деятельности.

– Пусть они конкурируют друг с другом по добрым делам.

– А как они будут сравнивать свои добрые деяния? Скорость света конечна, так просто о личных успехах другим не сообщишь!

– Пусть они подождут, пока Вселенная снова сожмётся и они соберутся вместе возле сингулярности. Тогда и обменяются мнениями и чем-нибудь наградят лучших ангелов. И подберут посланцев в следующий цикл Вселенной.

– Значит, цикл расширения и сжатия мира длительностью в десятки миллиардов лет будет для ангелов лишь раундом в этом соревновании? А призом может стать продление существования ангела в другом цикле?

– Ну… возможно.

Императрица снова задумалась:

– Кто же всё-таки будет принимать решение о необходимости вмешательства ангелов?

Майкл ответил:

– Если вложить суммарный оптимизированный разум всех живущих на Земле людей в каждого космического ангела, то такие решения будут приниматься на основе мудрости всех землян.

– Эти ангелы кажутся вариантом загробной жизни. Может, там и наши с отцом разумы окажутся?

– Почему бы и нет? Можно привлечь разумы и существ других видов – тех же динозавров из «Шара», чтобы решения были более взвешенными.

– В ангелов, очевидно, попадут и разумы Робби или Великого Инки. Только нужно, чтобы эти космические ангелы умели плакать.

– Иметь эмоции – это логично.

Глаза Никки ярко горели.

– Ангелы должны уметь хранить достаточное количество данных, в таком случае они смогут собирать с миллиардов цивилизаций каждого цикла Вселенной богатый информационный урожай и передавать его в новый цикл. Мы получим колоссальную по объему и информативности метагалактическую библиотеку, которая будет не уничтожаться, а пополняться с каждым новым коллапсом Вселенной!

– Здорово! Я об ангелах как о сборщиках информации и библиотекарях не подумал… – обрадовался Майкл.

– Итак, ты хочешь освоить профессию бога для новой Вселенной?

– Скорее – профессию короля ангелов-хранителей при полной материалистичности их крылатых организмов-конструкций. Жизнь – это путешествие. Оно может быть интересным или не очень. Оно может быть длинным и не очень. Я хочу сделать его вечным и захватывающим.

– Ты знаешь, откуда произошла форма королевской короны?

Майкл поднял брови:

– Символ святой ауры?

Никки покачала головой:

– Я предпочитаю другое толкование. На глиняных табличках древних шумеров изображён царь, несущий на голове предмет, очень похожий на большую корону. Но на самом деле это была корзина из прутьев, полная тяжёлых кирпичей для строительства нового храма.

– Хорошее толкование.

– Точное. Как Элиза и дети?

– Мне очень повезло с ними, мама.

– Это потому, что ты достоин удачи. Я впечатлена сегодняшним разговором… Я привыкла решать проблемы целой планеты, но на всю Вселенную замахиваться мне ещё не приходилось. Как ты осмелился ставить себе такие грандиозные задачи?

– Я сын королевы Николь! – улыбнулся Майкл. – Какие ещё нужны объяснения?

Никки тоже улыбнулась:

– Возможно, это был самый важный завтрак в данном цикле Вселенной. За успех твоих планов надо немедленно выпить!

Они чокнулись недопитыми чашками с кофе, и Маугли гордо сказала: