- Это у вас всё сложно! - вспылил Питер, но быстро взял себя в руки.
- Продолжайте.
- Продолжаю. Так вот, если жена вдруг внезапно погибает, муж ищет другого партнера. В противном случае он может погибнуть так как его организм рас... расс...
- Рассинхронируется.
- Именно. Но такого у нас почти никогда не происходит.
- И что же произошло у нас.
- У вас я влюбился. Я не могу настроиться ни на кого, кроме нее. Но наши чувства не взаимны. И мне осталось жить всего семь дней.
- Семь дней, - повторил Воннел, задумчиво.
- Я всегда знал, что не следует излишне интегрироваться в изучаемую группу. Иначе рискуешь стать субъективным. Но такого побочного эффекта я совсем не ожидал. Мы этого не проходили.
Воннел посмотрел в окно. Там стоял очередной апрель. Воздух, наверно, был свеж, точнее более свеж чем обычно. Он был почти безвредным, и, если повезет, не очень сильно способствовал хроническим, быстро развивающимся и смертельным болезням.
Обычно в апреле, когда расцветала жизнь, Воннел чаще обычного думал о том, как ее завершить. Подобные мысли всегда посещали его, когда не происходило ничего интересного.
Но не сегодня.
- Вы действительно хотите чтобы мы вам помогли?
- Да, у вас, насколько я знаю, отличная репутация в деле решения разного рода странных проблем. И даже вот смотря на вас я вижу, что вы человек, разбирающийся в любви.
- Наверно, вы в чем-то правы, - признался Воннел. - Мы постараемся вам помочь. Но вопрос в том, исчерпали ли вы все прочие ресурсы.
- Полиция сказала, что это не их дело, наше посольство, ха-ха... посольство!.. предложило вернуться домой и там попробовать во всем разобраться.
- Чего смешного в посольстве?
- Не важно.
- Ладно. Итак, вы не поехали?
- Как видите. До Тау Скульптура четыре дня лету, а если там мне не помогут, то времени на обратный путь и на... нее вообще не останется.
- Неё?
- Да. Мне, честно сказать, даже имя ее произносить больно. Какой странный эффект. С вами такое бывало?
- Нет, - соврал Воннел.
═
═
═
Глава третья
═
У нас был свой театр. Мы собирались на чердаке здания муниципалитета. Это было большое, немного мрачное помещение, с кучей старого хлама и пепельного цвета летучими мышами висевшими вниз головой в самом углу. Такое место могло заставить работать любое, самое слабое воображение.
Там мы разыгрывали сцены из любимых книг. Но, в основном, честно сказать, махали мечами. Знаете, когда вам одиннадцать, вам кажется, что самое главное в любой книге это мечи и любовь. К любви мы не прикасались, ведь в одиннадцать лет каждый мальчик уже и еще знает, что любовь - это для девочек. Девочкам балл у Ростовых, мальчикам Аустерлиц... Ну так вот. Потом у нас появился профессор Гаус. И мы спрятали палки и знаете что стали делать? Мы ходили. Он так и сказал:
- Бросайте палки и ходите.
И мы стали наворачивать круги по чердаку. У профессора был когда-то свой очень известный театр, но что-то не понравилось губернатору, и его перевели в нашу школу. Он преподавал географию, но все знали, что в Антере он был настоящей знаменитостью. И потому мы беспрекословно подчинялись профессору.
- Как ты ходишь?! - говорил он мне. - Разве люди так ходят?
- Но они смотрят, - пытался парировать я.
Ребята сидели в углу на сундуках и смотрели, а Кнопп даже ехидно улыбаться.
- Ты ходишь как барышня.
Все засмеялись и громче всех гоготал Кнопп, я его вздул на той неделе прилюдно и его это обидело.
- Девчонка, - сказал он и высунул язык.
Профессор Гаус этого не увидел, он только сказал:
- Там тоже будут люди. И представь себе, они тоже будут на тебя смотреть, а ты шевелишь задом как будто у тебя там маятник.
А потом все тоже самое он проделал с Кноппом, и уж поверьте мне, мадам, я смеялся от души.
═
***
═
Доктор Воннел хотел было вплотную заняться делом единорога, но тут раздался звонок и центр комнаты заполнило увеличенное в масштабе один-к-пятнадцати лицо лейтенанта Хинича.
- Произошло убийство и как раз по вашей части.
- Кому так не повезло? - спросила Нина.
Лейтенант выдержал паузу.
- Убит Рональд ибн-Рональд.
- Тот самый?
- Боюсь, что да. Пресса, к сожалению, уже в курсе. Постарайтесь приехать в его резиденцию как можно скорее.
- А как же я? - спросил Питер. В его больших красивых глазах Воннел прочитал мольбу.
- Нина, боюсь тебе придется вести это дело одной, - сказал доктор Воннел.
- А ты чем будешь заниматься?
- Любовью.
Нина смерила недоверчивым взглядом носатого, закомплексованного доктора.
- Ну ладно, дело твое. Не перетрудись.
═