Читаем Аромат крови полностью

– Такая мерзость… И вы уже знаете. Ну, разве прилично так себя вести? Они же замужние дамы. И мало им, что такое поведение Ивана Платоновича в могилу свело. Нет, живут и радуются…

– Разве не знаете, что Ольга Ивановна вчера погибла?

Что-то мстительное и недоброе проскользнуло в лице, но Лиза сдержалась:

– Жаль, конечно, молодая была… Могла еще жить и сделать что-то доброе.

– Что же у вас с Эльвирой Ивановной? – опять спросил Родион.

– Только вам скажу… – Лиза для храбрости глотнула кофе. – Как хозяина не стало, Элю словно подменили. Раньше веселая была, смеялась, много читала, это правда, но жила, как нормальная барышня. А после похорон как влезла в одно платье, так и не снимает его. Волосы обрезала, и так смотреть не на что, а теперь вовсе уродина. И такое в ней стало проявляться, что не знаю, как и сказать…

– Характер Ивана Платоновича.

– Именно. Будто в ней отец возродился. Властная стала, строгая, на фабрику все ездит, меня в ежовые рукавицы взяла. Ее только Митрич не боится.

– А с матерью и сестрами?

– Другое дело, все им прощает, деньгами помогает. Она ведь… – Барышня вовремя замолчала. Чтобы не сболтнуть про наследство.

Но Ванзаров быстро доказал, что от сыскной полиции секретов нет, и спросил:

– Эльвира Ивановна изменилась после оглашения завещания?

– Как из Москвы на похороны примчалась… С завещанием знаете что было?

Проснулась настоящая женщина: любопытная сплетница. Родион готов был внимать сколько угодно. Нет для розыска ничего ценнее болтливого женского язычка.

– Все знали, что завещание хранится дома, – начала Лиза самым «секретным» тоном. – По нему большая часть состояния делилась поровну между Клавдией Васильевной и Элей. Сестрам тоже кое-что перепадало: дачи, кое-какие капиталы. Об этом, не скрываясь, говорили, потому и знаю. Но когда пришли в суд предъявить это духовное, оказалось, оно уже недействительно. А есть новое, про которое никто не знал. Прямо в судебной палате и огласили. Иван Платонович оставил этих вертихвосток с носом. Да и женушку свою драгоценную. Так им и надо. Не будут развратничать.

Вот для чего понадобились сторонние свидетели. Как видно, Агапов серьезно пересмотрел взгляды на будущее своей семьи. Можно сказать – кардинально.

– Отчего Иван Платонович так внезапно скончался, как думаете?

Лиза скроила умное выражение:

– Вот уж не знаю, сама не видела. Набрала ему ванну, меня и отослали в загородный дом, что-то там хозяйке понадобилось. Как вернулась, а у нас уже полиция… Плохая семья, недобрая. Только Иван Платонович и был светлая душа, его и сгубили. Ну ничего, недолго мне с ними мучиться…

– Замуж выходите? – спросил Ванзаров, думая о своем.

Барышня поплевала через плечо:

– Чтоб не сглазить…

– Жених-то хороший?

– И хороший, и добрый, и при деньгах… Увезет меня из этого города. Не могу я привыкнуть к здешнему холоду.

– Главное, чтоб верный и любящий был.

Девушка светилась тихой радостью:

– Без этого не пошла бы…

– А то ведь знаете как бывает: с виду приличный, а копнешь… – знаток мужчин даже махнул с досады. – Мужчины, они ведь хищные животные.

– Мой не таков.

– Очень рад. Но осмотрительность не помешает. Вот вам другой пример. Сданко Дракоши, ваш бывший партнер по фокусам, с виду и мил, и радушен. А на самом деле?

– Что на самом деле? – спросила Лиза, отставив еще полную чашку.

– Думаете, скромный, как монах? Ошибаетесь. Его ведь каждая из сестер соблазнила и еще барышня Лихачева. Но самое забавное: по весне он собирается домой. Родители ему невесту нашли. А у них с этим строго: приказали – женись. Такой вот тихоня.

Слишком быстро затолкав ручки в рукава, Лиза вскочила, дрогнувшим голосом поблагодарила за угощение. И выбежала так стремительно, что на ходу разметался платок. Унеслась на мороз не застегнутая.

Опрокинув залпом чашечку остывшего кофе, так что организм охнуть не успел, Родион стал размышлять, что натворил. С одной стороны, несомненная польза: следствию теперь известно, куда ночью отправлялась горничная. Не далеко отправлялась, на Кирочную улицу. Но с другой – дров наломал достаточно. Влез в чужую жизнь, разбил веру в чистую любовь и замужество. Нехорошая случайность, неправильная. Только одно утешает: утаивает госпожа Волгина что-то важное, не все выложила в теплой беседе. Ловко и аккуратно увиливает. И всех так ненароком замазала, чтоб туману напустить.

Мгновенный портрет горничной пополнился еще одним штрихом: умна и скрытна, на многое способна, есть воля и сила. Что бы про нее ни говорила Эльвира Ивановна – вовсе не глупышка-красавица. Такая не будет напиваться от обиды на Маслову. Не платье ей в лицо кинет, а стулом по затылку угостит. Как бы опять чего не случилось… Вендорф точно на портупее удавит.

Родион еще поборолся с разнообразными мыслями, как вдруг нашло на него то самое настроение: сделать решительный шаг в жизни. Такой, чтоб надолго запомнился.