Читаем Аромат крови полностью

– Но если ваш протеже только рот откроет, возьму ланцет и язык укорочу.

Чтоб заслужить прощение, Коля был согласен на любую пытку. Родион нагнулся и тихо сказал:

– Тише воды ниже травы. Выполнять беспрекословно. А то отправлю назад в участок… Сон-то хороший?

– Атака рыцарей… – с тяжким вздохом признался коллежский регистратор. Что же еще может сниться мальчишке? Только войны, в которых ему повезло не погибнуть. Родион знал это по себе.

Криминалист с фонарем и покорным Гривцовым были отправлены на обследование помещений. А Ванзаров без стука открыл знакомую дверь.

За прошедшие часы мало что изменилось. Все так же полукругом расставлены стулья, ширмы для дамского переодевания прятались в сторонке. Только хозяйка конкурса восседала за столиком-конторкой, таким крохотным, что, казалось, раздавит его с хрустом. Лидия Карловна оторвалась от важной бумаги, замерла с пером в руке, глубоко удивленная такому бесцеремонному вторжению. Словно нашествие сарацин.

– Господин Ванзаров? – спросила она, словно не поверила такому счастью.

В этот раз юный чиновник повел себя куда нахальнее. Схватил стул, с визгом паркета протащил его к конторке и плюхнулся как ни в чем не бывало.

– Я обещал вернуться, – строго сказал он.

– Что ж, очень рада.

В голосе госпожи Масловой не нашлось и капельки теплоты. Радости – тем более.

– Три часа назад наша приятная беседа касалась платья госпожи Агаповой…

Угроза не подействовала.

– Мы расстались на том, что платья этого вы не видели. Сегодня.

– Об этом вы меня не спрашивали, – резонно заметила хозяйка. – Я говорила, что не видела Эльвиру Ивановну.

– Хорошо, пусть так. Где само платье?

– Должно быть где-то за ширмой.

– Вас не затруднит принести? Или мне самому поискать?

– Рыться в дамских вещах? – В голос вернулась стальная нотка. – Не много ли вы себе позволяете?

– Нижайше прошу проверить, на месте ли платье с розочками.

– Господин полицейский, я вам не прислуга!

– Что ж, тогда сам… – И Родион изобразил вставание.

– Если только шаг сделаете, немедленно сообщу полковнику Вендорфу, что вытворяют его подчиненные. Оскар Игнатьевич попечитель нашего конкурса. Так что…

– Хотите, сам ему телефонирую? – предложил зарвавшийся чиновник. – И сообщу, что порученному мне важнейшему розыску препятствует госпожа Маслова.

– Какому розыску? – Лидия Карловна насторожилась. – Что случилось? Что-то с Эльвирой Ивановной?

– Почему вы так решили?

– Не знаю… – она запнулась. – Вы только о ней и спрашивали. Я подумала…

– Госпоже Агаповой кто-то угрожает? Вы что-то знаете? Прошу вас, не скрывайте, дело слишком серьезное…

– Что с Элей? – чуть не крикнула Маслова.

– С ней все в порядке. Во всяком случае, час назад была у себя дома жива и здорова. Вам привет передавала.

Облегченно вздохнув, Маслова еле слышно прошептала «слава богу» и… перекрестилась. Какая, однако, заботливая хозяйка конкурса.

– Чем вызвано ваше беспокойство об Эльвире Ивановне? Мне нужно это знать… чтобы защитить ее.

Маслова внимательно посмотрела в честное усатое лицо и печально проговорила:

– Я волнуюсь за всех конкурсанток. У нашего конкурса много противников. И если что-то случится, его отменят. Никакие связи не помогут. А я столько вложила сил…

– И средств, оставленных господином Агаповым… – встрял Родион.

Она согласно кивнула.

– Все тумбы в афишах, в газетах столько рекламы, призы роскошные, вся столица только об этом и гудит. Но стоит нам оступиться хоть в чем-то, на меня повесят всех собак и конкурс отменят. Вы же понимаете, в день празднования годовщины все должно быть безупречно…

Это чиновник полиции понимал без подсказок.

– Вы встревожены судьбой именно Эльвиры Ивановны. Почему?

– Я давно знаю и люблю их семью. Не стоит тут искать тайного смысла. Лучше скажите: что случилось? Это угрожает конкурсу?

– Надеюсь, что нет.

– Господин Ванзаров, не мучьте меня…

– Разве я не сказал? Прошу извинить. Проводится сугубо конфиденциальное расследование. По личному указанию полковника Вендорфа.

– Ах, какой вы… – госпожа Маслова по-матерински вздохнула, словно жалела, что не может отшлепать шалуна.

– Так что там с платьем?

Отодвинув конторку легким толчком ладони, Лидия Карловна с некоторым трудом встала. Но от помощи отказалась. И слегка раскачиваясь, как перегруженный баркас, отправилась к ближним ширмам. Вскоре оттуда послышались шорохи перебираемых вещей. Выйдя с пустыми руками, Маслова отправилась на другую сторону зала и пропала за расписным холстом. Покопавшись и пошуршав, возвратилась ни с чем.

– Не могу понять, куда оно делось? – спросила она Ванзарова. Но объяснять чиновник полиции не стал, а спросил сам:

– Почему вы отказали от участия в конкурсе Лизе?

Госпожа Маслова не поняла вопрос:

– Какой Лизе? О чем вы? Мы никому не отказываем. Красота не знает ни возраста, ни социальных различий, я так считаю. У нас самые разные участницы. Нужно лишь добровольное желание и чтобы было в чем выйти.

– Именно так думала Лиза…

– Да о ком вы? – не на шутку разозлилась Маслова.

– О горничной Эльвиры Ивановны. Сегодня она пришла, чтобы записаться, но ее обвинили в краже платья Агаповой и фактически выгнали.