Читаем Армия Наполеона полностью

Не стоит, видимо, долго распространяться о некомпетентности ряда отечественных «военных историков», писавших на эту тему. Тем не менее не сказать хотя бы два слова просто невозможно. Трудно остаться равнодушным к сочинениям еще недавних корифеев советской военно-исторической науки. Взять хотя бы известнейшего историка П.А. Жилина, написавшего немало объемистых трудов о войнах Франции и России в начале XIX века, а следовательно косвенно затронувшего и нашу тему. Как бы отнесся уважаемый читатель к французскому историку, который задумал бы высказывать свои мнения по истории российской армии, вообще не зная русского языка и не прочитав ни одной русской книги? Наверное, подобный «исследователь» вызвал бы лишь насмешку, а то и презрение к своей персоне. Почему же г-н Жилин в своих сочинениях осмеливался высказывать свои мнения о стратегии, оперативном искусстве и тактике армии императора, о ее организации, духе и потерях, даже не ознакомившись в подлиннике ни с одним французским документом? Почтенный корифей советской военно-исторической науки называет, например, известнейшего французского генерала Матье Дюма – Мэтью Думасом! Почему? Да просто потому, что французское Mathieu Dumas прочитанное по-английски по слогам и даст примерно указанный набор звуков. А что сказал бы сам Жилин, если бы кто-нибудь из американских советологов стал бы цитировать Ленина в переводе не с Полного собрания сочинений, а, скажем, из какой-нибудь книжки с картинками, изданной в Бразилии малоизвестным автором? Конечно, взорвался бы возмущением против империалистов, издевающихся над великим наследием. Но сам г-н Жилин цитирует Наполеона не по его официальной 32-томной корреспонденции и дополнениям к ней, а по малоизвестным книжкам русских авторов начала XIX века (благо они французский знали), писавших к тому же на русском языке, далеком от современных литературных норм. Так что император французов в книгах Жилина и ему подобных обращается к своим солдатам в манере, близкой по стилю персонажу одной из известных кинокомедий: «Аки… Паки… иже… херувимы…» (Для информации сообщаем, что французский язык уже XVIII века был весьма близок к современному, а после Великой французской революции он фактически приобрел современные литературные нормы.)

Интересно также, что подумал бы любой русский историк, если бы ему показали книгу, скажем, о русско-турецкой войне, где потери русских войск в битве под Рымником на полном серьезе приводились бы в соответствии не с документами армии Суворова, а в согласии с тем, что докладывал султану турецкий визирь? Конечно, он просто рассмеялся бы и зачитывал отрывки из подобного произведения, чтобы позабавить своих интеллигентных гостей между жарким и десертом… Но почему тогда потери Великой Армии в битве под Смоленском практически во всех советских исторических сочинениях даются на основании… бравурного рапорта Багратиона в послании Александру I, где, не заботясь о точности деталей, знаменитый генерал выставлял заслуги своих подчиненных и свои личные в пику конкуренту военному министру Барклаю де Толли. И это в то время, когда существуют опубликованные в сборниках документов (не надо ездить в Парижские архивы) рапорты французского командования, из которых можно с точностью до одного человека узнать потери отдельных дивизий и даже полков.

Что уж говорить, когда дело заходит о делах, относящихся к внутренней жизни наполеоновских войск. Здесь даже знаменитый Тарле (который, конечно, прекрасно владел французским языком, работал во французских архивах… но мало интересовался армейскими проблемами) выдавал такие шедевры, что и не знаешь, что сказать. Так, например, выдающийся академик бросил фразу, облетевшую впоследствии многие исторические книжки: «Когда однажды восторгались геройской храбростью маршала Ланна, водившего столько раз свои гусарские полки в атаку, присутствующий Ланн с досадой вскричал: «Гусар, который не убит в 30 лет, не гусар, а дрянь!..» Дело только в том, что маршал Ланн никогда не был гусаром и никогда не водил в атаки гусарские полки… А фраза действительно была сказана, правда чуть погрубее и совсем не Ланном, а знаменитым кавалерийским дивизионным генералом Лассалем.

Впрочем, список несуразиц, полной неинформированности в вопросах, рассматриваемых в данной книге, можно было бы продолжать до бесконечности.