Читаем Аркадия полностью

Следует сказать об этом еще несколько слов. Действие пьесы происходит попеременно то в начале XIX века, то в наше время, причем в одной и той же комнате. Вид комнаты — вопреки ожиданиям — нисколько не меняется. Она вполне соответствует обеим эпохам. Что касается реквизита — книг, бумаг, цветов и т. д., — нет необходимости заменять предметы быта, присущие началу прошлого века, современными — пускай соседствуют на одном столе. Однако вещи, используемые и в прошлом, и в настоящем, должны иметься в двух экземплярах, поскольку по ходу пьесы им необходимо постареть. Парк — как мы узнаем из диалога — претерпел существенные изменения. А вот то, что доступно зрительскому глазу, остается неизменным и не противоречит ни одной из эпох.

Согласно этому принципу, чернильницы, перья и прочие вещи, игравшие в первой сцене, могут все время оставаться на столе. Равно как книги и бумаги, связанные с исследованиями Ханны во второй сцене, могут находиться на столе с самого начала. Это относится к любым предметам. По ходу действия все они скапливаются на столе, и, если какая-то вещь выглядит анахронизмом для какой-то из эпох (допустим, кофейна кружка), ее просто не замечают.

К концу спектакля на столе окажется целая куча разнообразных предметов.

Ханна разглядывает альбом с акварелями Ноукса. Кроме того, она то и дело обращается к небольшим, одинаковым с виду тетрадкам с дневниковыми записями (вскоре выяснится, что это "садовые книги" леди Крум). Через некоторое время она подходит с альбомом к окну — сравнить вид с акварелями Ноукса. Потом кладет альбом обратно на конторку.

Одета она вполне строго. Обувь пригодна для сырого, грязного сада. Туда она и отправляется, прихватив со стола теодолит. Комната на время пустеет.

Затем одна из дверей распахивается. Входят Хлоя и Бернард. Она — дочь хозяев, одета по-домашнему. Бернард — гость, он в костюме и при галстуке. Вообще он любит одеваться пестро, но сегодня несколько умерил яркость красок, лишь крикливый носовой платок, торчащий из нагрудного кармана, намекает на его пристрастия. В руках у него объемистый кожаный портфель.

Хлоя. Но она была здесь! Только что.

Бернард. Все ясно! Дверь в сад…

Хлоя. Ну конечно! Погодите, я сейчас.

Открывается друга дверь, и заглядывает Валентайн.

Валентайн. Вот гады.