— Думаю, скорее наоборот, я даже стал немного богаче, — тихо ответил он.

— Зачем я понадобилась тебе на этом вечере? — спросила я, смотря прямо в его глаза.

— Слухи распространяются быстро, особенно среди вельмож, особенно о том, что я не просто приобрёл рабыню, а саму Кобру с арены. Ты очень известна. Может быть, ты узнала что-то интересное? — спросил он с любопытством.

— Сплетни рабынь и случай с той, которая пыталась подсунуть тебе вино с чем-то подозрительным, — я устроилась более удобно на столе, поправив ткань платья и перекрестив ноги.

Вельможа переместил взгляд на мои ноги, затем снова встретил мой взгляд.

— Ты смогла разглядеть того кто передал ей вино?

— Нет, он быстро смешался с другой прислугой. Я старалась поторопиться и попасть к тебе первой. — мгновенно ответила я и допила вино. — Значит, ты не с этих мест, верно?

— Сплетни, значит? — он с тихим смехом тоже допил вино и отставил чашу. — Да, я прибыл сюда ещё ребёнком во время крушения корабля. Позже встретил Лидию, и она помогла мне стать сильнее и привыкнуть к новой жизни.

— И что сейчас? Говорят, что ты боролся за довольно благородные цели. Почему решил бросить всё это? — склонила я голову к плечу, ожидая его ответ.

— После многих битв… я потерял прежнюю силу, стал слабее. Лидия посоветовала мне изменить направление, — ответил он спокойно.

— Лидия, Лидия, Лидия! А что ты сам хочешь? Чего ты хочешь достичь сам своими силами? — воскликнула я, раздражённо спрыгнув со стола и оказавшись рядом с ним.

Мужчина встал так же резко с софы, взглянув на меня сверху вниз. Его грудь часто вздымалась, видно было, как он сжал челюсти от злости, руки сжались в кулаки.

— Не смей, — прошипел он.

— Что не сметь? Я буду говорить и делать, что захочу. Говорю же, я свободнее тебя, а тебе пора начать думать своей головой. Ах, как я узнаю эту злость. Стал злиться сам на себя, верно? — я насмешливо улыбнулась, не отступая, глядя на него. — Доброй ночи, господин.

Быстро промчавшись по коридору и лестнице, я оказалась в своей комнате. Прислонившись спиной к двери, я попыталась перевести дыхание. Так хотелось на что-то выместить своё раздражение и вспыхнувшую злость. Когда он начал говорить о той женщине, я будто загорелась изнутри. Почему он так безоговорочно следует всему, что она ему говорит? Сняв платье, я швырнула его на пол у кровати. Порыскав в своих вещах, я нашла снадобье для спокойного сна, которое купила у целителя, и выпив его, легла в постель. Мне нужно было выспаться перед важным делом.

Глава 8

Рано утром, когда первые лучи солнца едва проникали сквозь густую листву, я переоделась и завернулась в накидку, чтобы не привлекать лишнего внимания. С лёгкостью ускользнув через окно поместья, я осторожно спустилась по каменистой тропинке, ощущая прохладный воздух утра на своей коже. Пройдя через задний двор, где ещё спали слуги, я незаметно покинула территорию поместья.

Добравшись до рынка, я зашла в знакомое место — маленькое помещение лекаря. Внутри витрины были уставлены разноцветными флаконами и сушёными травами. Окружённая таинственным ароматом, я направилась к старому лекарю, который всегда был готов мне помочь.

— Здравствуй, Одрэн, — тихо произнесла я, улыбаясь ему.

— Утра тебе, змейка, — радостно ответил он, обернувшись ко мне и начав быстро раскладывать товар. — Как твоя рана? — спросил он, пристально глядя на меня.

— Всё уже лучше, но со сном проблемы… Есть что-то посильнее? — спросила я, приближаясь к полкам с лекарствами.

— Есть, — кивнул он, доставая склянку из глубины полки. — Только не больше двух капель. Это сильное снадобье. Я знаю, что ты осторожна, но я предупреждаю: даже одной хватит, чтобы ты спала крепко до утра.

Расплатившись с лекарем и обменявшись еще парой слов, я попрощалась с ним и вышла из его магазина. Милый старик. Всегда помогал без лишних слов и вопросов.

Через несколько поворотов я оказалась в части рынка, где торговали рабами. Натянув накидку пониже на лицо, чтобы скрыться от любопытных взглядов, я старалась смешаться с покупателями. Хотя было утро, но желающих купить кого-то уже было достаточно. В этот день здесь были почти одни мужчины, детей не было. Но в стороне я заметила девушку, сидящую в углу и обнимающую свои колени.

Работорговец кричал и улыбался, показывая свои сгнившие зубы. Он приподнимал её длинные волосы, она вздрагивала и пыталась отползти подальше. После очередной попытки отдалиться и прикрыться грязным платьем заметила, что её ноги были в синяках и ссадинах. Я сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать волну гнева.

Заметив, как один мужчина поднял руку, чтобы предложить цену, я резко подсекла его, и он уронил монеты, с руганью начал собирать их с земли. Подойдя к торговцу, я бросила ему мешочек в руки и указала на девушку.

— Она стоит больше, — возразил работорговец, пытаясь сохранить своё превосходство.