Читаем Арабский кошмар полностью

Он закрыл глаза и погрузился в дремотные раздумья. Город разваливается на части. Невозможно обеспечить поставки хлеба. Ночью небезопасно ходить по улицам. Предсказан конец султаната. В Каир съехались странные люди. Доктора из аль-Азхара говорят, что сейчас в Каире находится человек, страдающий Арабским Кошмаром, но откуда им это известно? Неминуем приезд Веселых Дервишей. Да еще этот англичанин…

Давадар был предан идее сиесты, то есть того, что считал освежающим сном, сном ради красоты – почти в профессиональном смысле. Он писал книгу о сохранении красоты и косметике для солдат, должностных лиц и других деятельных людей. Предварительно он назвал ее «Ключ к пригожести и путь к украшению для рабов султана и воителей веры». В ней он доказывал важность сиесты для расслабления мышц лица и разглаживания морщин. Какие бы страсти ни бушевали в душе, лик всегда должен оставаться ясным. Кроме того, он утверждал, что приступ потливости, которым сопровождается наркотическое полузабытье, прочищает поры и избавляет от прыщей, делая кожу гладкой и чистой.

Книга отличалась широтой охвата проблем и глубиной их постижения. Как всаднику сохранить в походе свои естественные кожные жиры? В каком случае рекомендуется татуировка? Какой косметикой следует пользоваться, чтобы пленять женщин, а какой – чтобы пленять других мужчин? Применение смолы в качестве средства для удаления волос. Массаж. Фальшивые локоны. Гульфики. Краска для век, хна и лаки. Не забыл он и о психологических аспектах. Например, в борьбе за красивую внешность, как и в сражении с оружием в руках, крайне важно чувствовать себя молодым. Столь же важно иметь вид человека преуспевающего, казаться богатым, поскольку богатство возбуждает желание более сильное, нежели аромат духов… Пытливый мыслитель, он не склонен был недооценивать трудности работы с крупными турецкими чертами лица, нередко обезображенного боевыми шрамами и изборожденного морщинами заботы о государственных делах.

Проснулся он, как и всегда после сиесты, дрожа от холода, с чувством возвращения из бездонных глубин. И вновь на него навалилось бремя все тех же будничных забот. Город разваливался на части. Невозможно обеспечить поставки хлеба. Ночью небезопасно ходить по улицам. Предсказан конец султаната. Доктора из аль-Азхара говорят, что именно сейчас в Каире находится жертва Арабского Кошмара, но откуда им это известно? Неминуем приезд Веселых Дервишей. Да еще этот загадочный англичанин, и с тем итальянцем пора что-то делать…

Джанкристофоро проснулся и вновь обнаружил, что его разглядывает стоящая почти у него на ногах темная фигура, закутанная в саван и сгорбленная. Потом она исчезла. Это был единственный его посетитель. Еще до приезда в Каир он был с ним знаком и знал его имя; звали его Азраил, Ангел смерти. Азраил приходил ко всем, но не все его видели. Он появлялся в критические моменты человеческой жизни. Чем ближе подходил он к ногам лежащего человека, тем ближе тот был к смерти. Когда он склонялся над головой, смерть уже была неминуема. Азраил извлекал душу из тела, начиная с пальцев ног; это причиняло страшную боль. Каждый раз Джанкристофоро просыпался, охваченный ужасным предчувствием. И каждый раз, открыв глаза в пустой комнате, он вздыхал с радостным облегчением. Но комната не всегда бывала пуста. Раз десять стоял уже Азраил перед Джанкристофоро, с каждым разом все ближе. Ближе, ближе и ближе – Азраил был тенью его жизни, неумолимо делающейся короче.

«Миллионы ныне живущих никогда не умрут», – говорили ему в прошлом. Неприятное известие, ибо он уже знал, что одним из них ему не бывать. И все же осознание, что он там не один, что кто-то наблюдает за ним, пока он спит, приносило некоторое утешение. Цветные пятнышки, которые образовывали фигуру Ангела, скользнули по его зрачкам и мгновенно рассеялись, оставив лишь бледные отражения горящего в наружном помещении факела.