Читаем Арабский Геродот полностью

У арабов-мусульман путешествия считались делом богоугодным. Одной из важнейших обязанностей каждого последователя ислама является совершение паломничества к главной святыне этой религии — мекканскому храму Каабе, а также посещение могилы пророка Мухаммада, находящейся в соседней с Меккой Медине. Весьма почетным и благочестивым поступком считалось и паломничество к святыням Иерусалима. Кроме того, нередко совершались путешествия для сбора преданий о жизни и речах основателя ислама. Поскольку границы мусульманской империи были очень обширны, то мусульманам зачастую приходилось проделывать долгий и опасный путь для выполнения своего религиозного долга Таким образом, уже с первых десятилетий своего существования арабо-мусульманское общество было приучено к мысли о достойности странствий. Выше мы говорили, что на средневековом Ближнем Востоке, в отличие от Европы, торговая жизнь никогда не замирала, а натуральное хозяйство никогда не занимало господствующего положения. Поэтому одной из самых достойных профессий считалась профессия купца. Купцы же, как известно, вынуждены совершать отдаленные поездки с торговыми целями. Арабо-мусульманские торговцы нередко сочетали заботу о пополнении своего кошелька с заботой о спасении души — их поездки в отдаленные страны с торговыми целями часто сопровождались миссионерской деятельностью по распространению мусульманского вероучения. Именно в результате торговых контактов ислам проник на территорию современных Индонезии и Малайзии, а также в Восточную Африку.

Путешествовали также многие арабо-мусульманские ученые-географы — предшественники и современники Масуди, такие, как Йакуби, Истахри, Макдиси, Ибн Хаукал и другие. Следовательно, сам по себе факт длительных странствий не был чем-то удивительным и странным в среде арабо-мусульманских ученых.

Что касается путешествий Масуди, то они, по всей видимости, не имели связи с какой-либо официальной миссией, торговыми интересами или задачами религиозного характера. Мотивы, побуждавшие ученого покидать насиженные места и идти навстречу многим неудобствам и опасностям, носили благороднейший характер — Масуди стремился к познанию мира, его чудес и закономерностей, он не без основания полагал, что сумеет значительно расширить представления своих современников об Ойкумене, о жизни многих народов. Правда, австралийский исследователь наследия Масуди М.Х. Шбул Ахмад считает, что Масуди, возможно, стал участником какого-либо коммерческого предприятия, чтобы найти средства для поездки в Иран и Индию. Автору же это представляется маловероятным. Скорее, Масуди был выходцем из знатной и обеспеченной семьи, поэтому он, видимо, обладал достаточными средствами, чтобы разъезжать по разным странам.

В какой-то форме Масуди фиксировал свои путевые впечатления, однако в его сочинения эти записи не вошли — дело в том, что в то время личностное начало было еще достаточно слабо развито в арабо-мусульманской культуре, поэтому сами по себе впечатления какого-либо человека от его поездок никого не интересовали Однако, трактуя тот или иной географический или исторический вопрос в своих сочинениях, Масуди часто сообщает о том, что он видел или слышал в дальних краях.

По Ирану

В 915 г. Масуди, которому в то время было около двадцати лет, покинул Багдад с одним из купеческих караванов и двинулся на восток, направляясь в Иран, где издавна, задолго до арабо-мусульманского завоевания, существовала высокоразвитая культура. Чем же было вызвано то, что юный ученый и путешественник решил направиться именно в эту страну? Дело в том, что после установления в Халифате в середине VIII в. власти Аббасидов, многие сторонники которых были по происхождению иранцами, значение древних иранских культурных и политических традиций значительно возросло. Халифат стал рассматриваться как возрожденная Сасанидская монархия, а халиф — как преемник шахиншаха. Дело дошло до того, что халиф Мансур даже ввел при своем дворе ношение одежд персидского покроя. Иранское влияние в арабо-мусульманском государстве еще больше возросло после победы сына халифа Харуна ар-Рашида Мамуна над своим братом Амином (809—813). Ведь, будучи первоначально наместником одной из крупнейших иранских областей — Хорасана, Мамун опирался на иранскую знать. К тому же в Багдаде проживало много иранцев, которые занимались ремеслом и торговлей. Безусловно, культурное наследие Ирана интересовало многих образованных людей арабо-мусульманского мира. И Масуди тоже хотелось воочию увидеть развалины величественных дворцов и храмов с непонятными письменами, побеседовать с последователями гонимой при исламе древней религии иранцев — зороастризма, который в начале X в. продолжал играть заметную роль, несмотря на то что мусульманство получило уже значительное распространение среди жителей Ирана.