Читаем Апология Авена полностью

Очевидно, что «талантом, работой» заслужил свою «успешность» именно Захар Прилепин, лауреат премии «Национальный бестселлер» (и вообще один из самых интересных русских писателей начала XXI века). В то время как А. и ему подобные свои миллиардные состояния получили только потому, что оказались в нужное время в нужном месте. В подарок от экс-президента Бориса Ельцина, волевым актом раздавшего им проклятое достояние РСФСР. А они Ельцина жалостливо отблагодарили: купили ему машину БМВ и еще пару книг издали. Дедушка же не интересовался ценами на вопросы. Это Путин, профессиональный бизнесмен, нередко давал победителям приватизации понять, что хорошо знает, сколько на самом деле украдено. (А потому не грех порой и поделиться.) Собственно, это и вызывало у представителей правящего класса слабое раздражение ко второму президенту. И заставляло вспоминать о «священном праве собственности» и «эффективном менеджменте» (насколько он эффективен, см. п. 1).

Следовательно, никакой разницы между этими РФ-капиталистами и их наследниками нет. Генезис и легитимность богатства в этих двух поколениях абсолютно сопоставимы, точнее - одинаковы. «Ни трудолюбия, ни талантов - просто повезло». Так говорит А. Золотые слова.

3. А. категорически отрицает страдания и борьбу. Считая и то, и другое абсолютно не нужным для правильного, «нормального» человека. Он критикует Прилепина за проповедь страдания, которое, согласно «Саньке» в оценке рецензента, есть «единственно правильное состояние души, а все радостное, веселое, оптимистичное - пошлое мироощущение толстокожих буржуа».

Достоевский (на которого А. ссылается через Курта Воннегута в самом начале рецензии) по этому поводу писал: «Нет счастья в комфорте, покупается счастье страданием». Или: «Человек заслуживает свое счастье, и всегда страданием». («Преступление и наказание»). И: «И почему вы так твердо, так торжественно уверены, что… только одно благоденствие человеку выгодно? … Ведь, может быть, человек любит не одно благоденствие. Может быть, страдание-то ему ровно настолько же и выгодно, как благоденствие?». Наконец: «Страдание - единственная причина сознания» («Записки из подполья»).

Бердяев по этому поводу: «Я страдаю, значит, я существую. Это вернее и глубже декартовского cogito». Еще: «Более всего страдают не худшие люди, более всего страдают лучшие люди».

Да и тайна Страстей Христовых во искупление грехов человечества есть средоточие всей европейской культуры. Но А., разумеется, все это глубоко чуждо. Для него не могут служить авторитетами Бердяев, Достоевский, даже Христос. Т.к., с прагматической точки зрения, все они были сугубые неудачники почище персонажей Прилепина. К тому же ни у одного из них не было даже миллиарда, следовательно, они могут по определению идти в жопу (согласно терминологии главы компании «Миракс» Полонского, трафаретного представителя молодой части правящей элиты).

Представляя себя консерватором и охранителем, А. - и в его лице вся правящая элита - бросает самый что ни на есть разрушительный вызов традиции, на которой много веков стояла русская цивилизация. Прилепин же, напротив, - защитник и воплощение этой традиции. Так что кто - рецензент или рецензируемый - должен называться революционером, это еще большой вопрос.

4. А. говорит нам, что автор и главный герой «Саньки» равно неискренни в отрицании буржуазного мира. Он называет Прилепина «мелкобуржуазным литератором, страстно желающим успеха и пристально вглядывающимся в буржуазный мир на другой стороне улицы. Постоянный эпатаж автора и, реже, его героя - простейший способ привлечь к себе внимание этого мира, а вовсе не отказ от него».

Тем самым А., в полном соответствии с базовой жизненной философией российской правящей элиты, настаивает, что любые мысли и взгляды, не направленные на удовлетворение растущих материальных потребностей человека, есть иллюзия и ложь, и потому должны быть разоблачены, после чего -забыты.