Читаем Анжелика полностью

Она подумала, не выследили ли Куасси-Ба стражники. И тут же с улицы донесся какой-то подозрительный шум. Подойдя к окну, она увидела, что перед домом собралась толпа. Какой-то весьма почтенного вида мужчина в темном плаще спорил о чем-то с матушкой Кордо. Анжелика приоткрыла окно и прислушалась.

Госпожа Кордо крикнула ей:

– Говорят, у вас в комнате находится чернокожий?

Анжелика поспешно сбежала вниз.

– Совершенно верно, госпожа Кордо. Это мавр, он… он бывший слуга. Он славный малый.

Почтенный мужчина представился. Он бальи Тампля, и ему принадлежит право от имени великого приора вершить здесь суд низший, средний и высший. Он сказал, что мавр не может жить в стенах Тампля, тем более что тот, о котором идет речь, одет, как бродяга.

После длительных переговоров Анжелике пришлось дать слово, что Куасси-Ба покинет Тампль до наступления ночи.

Она поднялась к себе огорченная.

– Что же мне с тобой делать, бедный мой Куасси-Ба? Твое появление вызвало здесь целую бурю. Да и у меня нет денег, чтобы кормить и содержать тебя. Ты привык к роскоши – да, увы! – привык жить в довольстве…

– Каспаша, продай меня.

И так как она посмотрела на него с удивлением, добавил:

– Граф заплатил за меня очень дорого, а ведь я тогда был ребенком. Сейчас я стою не меньше тысячи ливров. У тебя будет много денег, чтобы вызволить господина из тюрьмы.

Анжелика подумала, что он прав. В общем-то, Куасси-Ба – единственное, что у нее осталось от всего ее богатства. Конечно, ей было неприятно продавать его, но, пожалуй, у нее нет лучшего способа пристроить этого несчастного дикаря, затерявшегося среди мерзости цивилизованного мира.

– Приходи ко мне завтра, – сказала она мавру. – Я что-нибудь придумаю. Только смотри, не попадись в руки стражи.

– О, я-то знаю, как спрятаться. Теперь у меня в этом городе много друзей. Я делаю вот так, и тогда друзья говорят: «Ты наш», – и ведут меня в свой дом.

Куасси-Ба показал, как надо скрестить пальцы, чтобы тебя признали друзья, о которых он говорил.

Анжелика дала ему одеяло и долго смотрела в окно, пока длинная худая фигура Куасси-Ба не исчезла в пелене дождя. Она сразу же пошла к брату посоветоваться, как ей поступить, но преподобного отца де Сансе не оказалось в Тампле.

Анжелика с озабоченным видом возвращалась к себе, когда, перепрыгивая через лужи, ее обогнал юноша со скрипичным футляром под мышкой.

– Джованни!

Поистине сегодня день встреч! Чтобы не промокнуть под дождем, она затащила юного музыканта в портик старой церкви и попросила его рассказать о себе.

– В оркестр господина Люлли меня еще не приняли, – начал он, – но герцогиня де Монпансье, уезжая в Сен-Фаржо, уступила меня герцогине де Суассон, которая назначена правительницей дома королевы. – И он заключил с важным видом. – Теперь у меня великолепные связи, и я могу хорошо зарабатывать, давая уроки музыки и танцев девушкам из знатных семей. Вот и сейчас я возвращаюсь от мадемуазель де Севинье, которая живет в отеле Буффлер.

Бросив смущенный взгляд на скромный наряд своей бывшей госпожи, он робко спросил:

– Простите, госпожа графиня, могу ли я узнать, как ваши дела? Когда мы снова увидим мессира графа?

– Скоро. Это вопрос дней, – ответила Анжелика, думая о другом. Схватив юношу за плечи, она сказала:

– Джованни, я решила продать Куасси-Ба. Помнится, когда-то герцогиня де Суассон высказала желание купить его, но я не могу выйти из Тампля и тем более отправиться в Тюильри. Не возьмешь ли ты на себя роль посредника?

– Всегда к вашим услугам, госпожа графиня, – любезно ответил юный музыкант.

Он, видимо, развил бурную деятельность: не прошло и двух часов – Анжелика в это время готовила ужин Флоримону, – как в дверь постучали. Она открыла и увидела высокую рыжую женщину и лакея в вишневого цвета ливрее дома герцога де Суассон.

– Мы от Джованни, – сказала женщина. Под ее пелериной Анжелика заметила весьма кокетливое платье горничной.

На лице вошедшей были написаны хитрость и наглость – обычное выражение лица любимой служанки знатной дамы.

– Мы готовы обсудить ваше предложение, – продолжала она, смерив взглядом Анжелику и быстро оглядев комнату. – Но мы сначала хотим узнать, сколько придется на нашу долю?

– Сбавь-ка тон, моя милая, – обрезала горничную Анжелика, сразу поставив ее на свое место.

Анжелика села, не предложив сесть посетителям.

– Как тебя зовут? – спросила она лакея.

– Ла Жасент, госпожа графиня.

– Хорошо! Ты, я вижу, по крайней мере сообразителен, да и память у тебя хорошая. Так скажи, почему я должна платить двоим?

– А как же иначе? Такие дела мы всегда проворачиваем вместе.

– Значит, у вас сообщество. Слава богу, что в нем не состоит вся челядь герцога. Так вот что вы должны сделать: передайте госпоже герцогине, что я пожелала продать ей своего мавра Куасси-Ба. Но я не могу прийти в Тюильри. Пусть ваша хозяйка назначит мне свидание в Тампле, в чьем-нибудь доме по своему выбору. И еще, я настаиваю, чтобы все держалось в полной тайне и чтобы мое имя даже не упоминалось.

– Это сделать нетрудно, – взглянув на своего дружка, сказала служанка.