Читаем Анти-Зюгинг полностью

Когда все материалы о Зюганове станут достоянием гласности, люди по-настоящему оценят его деятельность по нейтрализации оппозиционного сопротивления антинародному режиму, разрушению коммунистического движения на территории СССР, свертыванию его в международном масштабе. Коммунисты всех стран смотрят именно на Россию — какова здесь деятельность компартии. А она по сути дела свернута, заперта в стенах Государственной Думы и таким образом контролируется. Протестное движение на улицах сведено до минимума, почти не существует. Это большая «заслуга» Геннадия Андреевича Зюганова и его ближайших соратников — Рыжкова Николая Ивановича, Лигачева Егора Кузьмича, Купцова Валентина Александровича, Лукьянова Анатолия Ивановича и многих других, которые были в руководящих органах Союза ССР, развалили его, а теперь свертывают и коммунистическое движение, — считает Шашвиашвили.

* * *

Таков портрет лидера КПРФ, написанный тремя «перьями» — Геннадием Саенко, Анатолием Крючковым и Иваном Шашвиашвили. Из представленных ими штрихов и деталей проступает подлинное лицо «главного оппозиционера», весьма далекого от того героического образа, что в течение более десяти лет рисует верноподданная ему пресса.

Лидер КПРФ любит повторять: «За последние годы я 1700 раз был в суде»; «Я встречался со всеми иностранными инвесторами, которые вкладывают деньги в Россию»; «Я встречался со всеми крупными банкирами Запада»; «Я проехал 39 (40-50-60) регионов, на встречах со мной были 2 ( 3, 4, 5) тысячи человек и т.д., и т.п. Кроме того, Геннадий Андреевич печет свои книги, как блины — по одной, а то и по две — три в год. Кроме того, возглавляет политическую партию КПРФ, фракцию КПРФ в Государственной Думе, Народно-патриотический союз России и СКП-КПСС-2. В общем, «Фигаро здесь, Фигаро там, Фигаро вверх, Фигаро вниз». И как только он все успевает, да и успевает ли? Оценку его многогранной деятельности дали думские выборы 2003 года.

Что ж, «Рак с претензией на Льва» вряд ли станет Львом. Рожденный ползать летать не может...

Глава XXV. Для чего Зюганов обвиняет советскую власть в «расправославливании» России?

Портрет лидера КПРФ будет не полным, если не рассказать еще об одной ипостаси его многогранной натуры. Но лучше, чем газета «Завтра», о ней не напишешь. Поэтому — цитирую:

«Для Геннадия Андреевича пойти в церковь — это очень серьезный шаг был. Больше года он готовился, прежде чем решился принять Святое Крещение. Решено было Таинство совершить на дому. Трехпогружательно, полным чином.

И вот что интересно: не хотел Геннадий Андреевич огласки, видя, как нынешние «политики» самое настоящее, самое святое, что в жизни есть, как рекламный трюк используют.

А люди все равно выведали, и уже на следующий день вся Орловщина знала о том, что Зюганов крестился. Мне рассказывали, что там даже по местному радио об этом сообщили, как о главной новости. («Православный Зюганов», газета «Завтра», № 11, март 2000 г.)

В начале этой статеечки с иронией говорилось о том, как «первые лица государства в сопровождении увешанных бриллиантами супруг мучительно пытаются удержать в вертикальном положении горящие свечи. ...Острый на язык народ окрестил их за такую «набожность» «ходячими подсвечниками». Прямо-таки с сарказмом упоминались «великие зодчие-храмотворцы Лужков и Черномырдин» и венчание Владимира Вольфовича со своей супругой, превращенное «женихом» в «красочное шоу». Для обличения новоявленных богомольцев», в числе которых упомянут и исполнявший тогда обязанности президента преемник Ельцина, автор не скупится на иронические эпитеты.

«Русский народ любит свою Церковь, доверяет ее иерархам, чтит ее святыни. Неудивительно, что ушлые политики норовят использовать этот капитал любви и доверия в предвыборных целях. Геннадий Андреевич Зюганов — наверное, единственный, кто этого не делает...», — говорится в статейке, а дальше рассказывается, какая верующая семья у Геннадия Андреевича, как венчалась его дочь, как крестился он сам и как жертвует гонорары от своих книжек на храм. И все это было бы прекрасно, если бы дальше не следовал бы такой пассаж: «Вообще, православные люди в большинстве своем за Зюганова голосуют». И сразу становится ясно: это типичная пиаровская статья, напечатанная в ходе избирательной президентской кампании, и как бы газета вместе со своим автором ни пыталась доказать, что Зюганов — искренне верующий, а остальные всего лишь «подсвечники» и ловцы голосов избирателей, сомнений нет: Зюганов — один из этих новообращенных «богомольцев» и так же, как они, использует религию для привлечения голосов избирателей. Но дело не только в ловле голосов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука
Советский век
Советский век

О чем книга «Советский век»? (Вызывающее название, на Западе Левину за него досталось.) Это книга о советской школе политики. О советском типе властвования, возникшем спонтанно (взятием лидерской ответственности за гибнущую страну) - и сумевшем закрепиться в истории, но дорогой ценой.Это практикум советской политики в ее реальном - историческом - контексте. Ленин, Косыгин или Андропов актуальны для историка как действующие политики - то удачливые, то нет, - что делает разбор их композиций актуальной для современника политучебой.Моше Левин начинает процесс реабилитации советского феномена - не в качестве цели, а в роли культурного навыка. Помимо прочего - политической библиотеки великих решений и прецедентов на будущее.Научный редактор доктор исторических наук, профессор А. П. Ненароков, Перевод с английского Владимира Новикова и Натальи КопелянскойВ работе над обложкой использован материал третьей книги Владимира Кричевского «БОРР: книга о забытом дизайнере дцатых и многом другом» в издании дизайн-студии «Самолет» и фрагмент статуи Свободы обелиска «Советская Конституция» Николая Андреева (1919 год)

Моше Левин

Политика