Читаем Анти-Зюгинг полностью

Дальше Горбачев говорит:

«Сейчас в Политбюро у нас такая мысль... Я не знаю, что вы скажете на этот счет. Значит, мы просто обеспокоены этим, и какое пошло предложение: пригласить гостей на Российскую конференцию 250 человек».

Голос. 200.

Горбачев. 200, и на съезд 350. И там, на съезде поставить вопрос — обратиться к делегатам и пригласить гостей — кого: рабочих и крестьян. В основном рабочих.

Пригласить их как гостей съезда и внести предложение на съезд, чтобы съезд принял решение, а он может. Потому что другие органы и другой подход не удастся нам. Все противоречит уставу, мы неправомочны, а съезд может принять. Выдать мандаты им. Это, по-моему, последняя попытка, что мы можем сделать. Ну, вот это, так сказать, общие такие суждения и замечания. Теперь, если говорить о конференции Российской — коммунистов, делегатов.

Надо посоветоваться нам с вами вместе, потому что я уверен, что вы, так сказать, принесли мнение там, оттуда, живое, хотя и мы все время получаем информацию живую. Есть две точки. Если их просуммировать, то два подхода, вернее, первый сначала. Думаю, в условиях реального плюрализма политического движения и организаций, и вы обратили внимание, наверное, я выступал, высказал уже определенную позицию, потому что нельзя, уже создана Российская социал-демократическая партия или близко к этому, другие, тогда что же, в России будут действовать другие партии и не будет Коммунистической партии? Я думаю, мы стоим перед тем, что надо создавать Компартию России. Теперь уже, так сказать, твердо высказываюсь за это. (Выделено мною — Н.Г.)

До сих пор я все думал, что нам надо, россиянам, все взвесить, потому что, как мы с вами решаем, это сказывается на весь Союз любой вопрос. Вот как только зазвучали на российском съезде народных депутатов, что Россия в борьбе за суверенитет пойдет на такие шаги, как откликнулись по всему Союзу! Что Россия хочет изолироваться, хочет замкнуться. Значит, это развал Союза. Малейшая какая-то неосторожность — и тут же сразу она идет по стране. Сепаратисты все подняли голову, что с этим Съездом народных депутатов и Верховным Советом России мы сможем, так сказать, свое дело до конца довести. И где ни окажешься, в любой аудитории, в любой ситуации все время этот вопрос. И даже за рубежом был этот вопрос там тоже Центральный, все время задают его.

Вчера с Тэтчер пошел на пресс-конференцию совместную, и там задал француз из газеты «Монд», по-моему, задал этот вопрос. Нет, он о другом, из английской газеты. Пришлось опять говорить на тему России, ее роли. Мы, россияне, что в нас заложено и в наших отцах, и в наших дедах, это наша среда, это наша судьба, мы так Росли, формировались, и Россия — это много народов и ее консолидирующая роль на нынешнем этапе — в перестроечном обновлении федерации не меньше, а еще больше, ответственнее.

Ну вот, так и Российская компартия. Все время мы думали об этом, как тут так, чтобы не ошибиться. Но сегодня, видимо, дело выглядит так: пошел этот процесс тут же плюралистический, и ... у меня такое мнение. ...У меня, например, глубокое убеждение теперь, я над этим очень раздумывал, что будут все партии и что же, не будет компартии России? И странно вообще будет, парадокс какой-то будет, нелепость.

Теперь уже, по-моему, мы просто обречены, встает теперь (вопрос), как это сделать? Какой процент? Вот тут два подхода». (Там же, стр. 8,9,10,11,12,13)

Дальше Горбачев говорит об этих подходах. Первый — собраться на конференцию, договориться по этому вопросу, высказаться определенно и внести предложения на XXVIII съезд. Россияне могут организовать оргкомитет по подготовке съезда, «съезда полнокровного». На съезде внести изменения в устав КПСС, чтобы в нее «входила российская компартия». «А мы же там про это запись такая дипломатичная сделана уже, все изменения. В общем, съезд по-видимому поддержит коммунистов, да им и деваться некуда, все равно 58 процентов пакета контрольного в руках».

Как бы мы сегодня ни относились к Горбачеву, но нельзя не признать, что его тревога была обоснована. «58 процентов пакета контрольного в руках», то есть 58 процентов состава КПСС — это российский отряд коммунистов, и судьба страны и партии была в его руках: куда он повернет, что будет отстаивать? В большой стране все всегда равнялись на Россию, брали с нее пример. Принятие первым съездом народных депутатов РСФСР Декларации о государственном суверенитете Российской Федерации развязало руки сепаратистам Литвы, Латвии, Эстонии, Грузии, Молдавии. Аукнулось в Москве — откликнулось по всей стране.