Читаем Аншлаг полностью

«Манук» по-армянски значит «малыш», но в отношении бегемота это не следует понимать буквально: «малютка» весит более двух тонн. Исаакяна тоже дистрофиком не назовешь… Хорошо еще, что клык бегемота попал артисту под мышку, другой прошелся по шее, на теле остались глубокие кровоподтеки, а на трех ребрах образовались трещины. Исаакяну удалось вырваться из пасти Манука, однако водворить на манеже порядок оказалось нелегко.

Что в таких случаях делать с бегемотами? Бить? Но, учитывая их толстокожесть (двухсантиметровый жировой покров), — это все равно что кидаться с кулаками на танк. Усмирять их всесокрушающей струей из брандспойта? Но за воду бегемоты только спасибо скажут. Они сутками валяются в закулисных бассейнах, а на суше только завтракают, обедают и, утомленные успехом, принимают легкий ужин. Во время переездов они лишены обилия воды, что и является основной причиной их раздражения. И все же столь коварное нападение Манука было неожиданным… Двенадцать лет проработал с ним Исаакян, но ничего подобного не случалось!

Травмы, правда, были. Как-то в Оренбурге Манук мотал на манеже головой и, задев носом ногу дрессировщика, с ходу выбил у него коленную чашечку. Ничего удивительного в этом нет!

— Ударом головы, — утверждает Исаакян, — бегемот свободно прогибает двухтавровую железную балку…

Но опытный и справедливый дрессировщик считает, что в данном случае виноват был он сам: не следовало в тот момент находиться в опасной близости к животному.

А вообще послушание обоих бегемотов поразительное. Месяца за три до ялтинского ЧП я приехал к Исаакяну в Ивановский цирк. Когда мы вошли в просторный «бегемотник», оба гиганта нежились в ваннах, недалеко отстоящих друг от друга.

— Ап! — негромко сказал дрессировщик, и оба распахнули свои немыслимые пасти.

Исаакян запустил руку по самое плечо сначала в одну пасть, затем в другую. Он щекотал бегемотам дыхательное горло, а те обожающе смотрели на повелителя своими выпуклыми «фарами». Их ведь и лупоглазыми-то не назовешь — это определение слишком слабо! У них на морде два огромных бугра с круглыми гляделками посередине. И тогда, в Иванове, эти гляделки излучали блаженство.

Исаакян отошел в сторону и так же негромко скомандовал:

— Ап!

И оба бегемота синхронно скрылись под водой.

— Ап!

Снова поднялись… И снова синхронно…

— Вначале я совсем не знал, как обращаться с бегемотами, — вспоминает Исаакян, — и спросить было абсолютно не у кого. Знаменитый наш укротитель Борис Афанасьевич Эдер много помог мне организационно и, конечно, вселил в меня уверенность своими советами. Но ведь и он никогда бегемотов не дрессировал… До всего мне пришлось добираться самому. Прежде всего я научил животных реагировать на голос. Чуткость у них к голосовым нюансам великолепная. Поднимать же на них руку не хотелось, да и чего бы я достиг, если бы и поднял ее?..

В работе дрессировщика возможны любые случайности. В Ленинградском цирке Исаакян играл доктора Айболита в поставленном им детском спектакле и, осматривая по ходу действия заболевшего бегемота, просовывал свою голову ему в пасть. В жизни артист отнюдь не напоминает Айболита, а поэтому играл в очках с прицепленными к ним толстым носом и пышными усами. Так вот однажды все это «сооружение» упало Мануку на язык и легко могло скатиться к горлу… Тогда бы Манук поперхнулся и пасть захлопнул… Но Исаакян успел (в пасти!) вытащить очки и снова (там же!) их надеть, чтобы вылезти обратно Айболитом, а не Исаакяном, дабы не выходить из образа и не разбивать у юных зрителей целостности впечатления…

— О чем же ты в этот момент подумал? — полюбопытствовал я.

— О повышении зарплаты, — улыбнулся Степан. — Все-таки я единственный артист, гримирующийся в пасти бегемота…

Это, конечно, шутка. А в Ялте было не до шуток: разъяренных бегемотов с трудом загнали в бассейны.

Премьеру дрессировщика экзотических животных заслуженного артиста Армянской ССР Степана Исаакяна пришлось отменить.

Современный цирк далеко не исчерпал своих возможностей в создании новых номеров, обогащении выразительных средств. Конкуренция спорта только наталкивает его на новые поиски и свершения. Цирк встал на коньки, погрузился в воду, ввел в иллюзионные аттракционы кибернетику и электронику.

Происходит процесс взаимообогащения цирка и спорта.

Один только жанр в цирке остается вне конкуренции. Это — дрессировка животных. Правда, и в питомниках дрессируют собак, и в некоторых научно-исследовательских институтах приручают, скажем, дельфинов, но демонстрация работы с животными в этих учреждениях не превращается в театрализованные представления.

Конечно, редких животных и птиц можно увидеть и в зоопарках. Но там они находятся в состоянии, мягко выражаясь, не слишком творческом. Воля человека выразилась в их поимке и в содержании. В зоопарке животные обычно спят да едят. Недаром раньше специально сообщалось о времени кормления зверей, ибо в зверинце это был единственный зрелищный акт. В этот момент его разношерстное население проявляло хоть какую-то активность.